Избранные произведения в одном томе

Оррин Батавиан был банкиром, которому нравилось считать себя историком. Мы вышли на него, так как он организовал выступление Викки и был близким другом Демери. Батавиан жил в большом, окруженном зеленью поместье на окраине города.

— Мы с Эдом увлекались древней историей, — сказал он. Поскольку они были друзьями, Батавиан несколько дней после взрыва сидел затаив дыхание, опасаясь, что придут и за ним. — Нельзя было сказать заранее, что может разозлить Никорпус. Ждать от них можно было чего угодно. — (Мы сидели в его офисе в центре Морески.) — Если у человека начинались неприятности, вместе с ним забирали всех, кого он знал. Я все время держал пальцы скрещенными.

В рамках на стенах висели подтверждения выдающихся заслуг банка Батавиана и фотографии его самого в обществе важных персон, судя по их позам.

— Из-за чего у него начались неприятности? — спросил Алекс. — Не знаете?

Батавиан покачал головой:

— Честно говоря, не знаю. Ему не нравился режим, но это можно было сказать про любого. — Кресло под ним скрипнуло. — Почти про любого. Для некоторых Клив не представлял никакой помехи. Делай, что тебе говорят, не мути воду — и можешь ни о чем не волноваться.

— Но вы все же считаете, что за этим стоит Клив?

— Скорее, Никорпус. Думаю, дело было не настолько серьезным, чтобы привлечь внимание бандара. Следует понимать: больше всего проблем доставляли те, кто занимал в пищевой цепочке позиции пониже. Среди них было полно головорезов и психопатов, и, чтобы выслужиться перед начальством, они каждый месяц представляли список жертв. Времена стояли тяжелые, — продолжал он. — Люди старались не оставлять электронных следов. Эд был скорее исключением. У многих эта привычка осталась до сих пор, особенно у пожилых. Многим до сих пор кажется, что бандар может вернуться, и мало кто оставляет данные о себе, особенно аватары: они могут сообщить правительству, о чем ты думаешь на самом деле. — (Батавиан вел себя как аристократ. Его семья процветала при диктатуре, и по городу ходили слухи, что после гибели Демери он остался в живых благодаря своим связям.) — Возможно, это действительно правда. Я никогда не сотрудничал с правительством, но это делал мой отец. И моя сестра.

Алекс недобро прищурился:

— У вас есть идеи насчет того, почему уничтожили сведения о Демери?

— Этим они занимались постоянно. Особых причин не требовалось. Попав им в лапы, ты становился невидимкой. Не знаю, может, он сказал что-то не то не тому, кому следовало. А может, они действительно чего-то опасались. Демери не нравился Бандариат, но дальше разговоров дело никогда не заходило. И он старался быть осмотрительным с теми, с кем общался. Собственно, как и я. Под властью этих сволочей можно было жить вполне прилично, если играть по правилам и держать язык за зубами. И мы играли по правилам. Жили как могли. Не знаю, почему его убили. Может, кому-то просто хотелось улучшить отчетность. Может, это была ошибка. Может, у него нашли старые удобрения в подвале. Я не знаю.