Друзья и недруги. Том 2

Ему было достаточно бросить один короткий взгляд на ее изменившееся, побледневшее лицо, чтобы понять, в чем дело. Подавив вздох, он мягко спросил:

– Ты позволишь взять кувшин вина и кружки, чтобы угостить товарищей?

Отшатнувшись от стены, Эллен отозвалась резким смешком:

– Почему ты спрашиваешь разрешения? Разве теперь не твои товарищи стали хозяевами в этом лесу?

Джеффри крепко сжал губы и воздержался от резкого ответа, продолжая пристально смотреть на Эллен. Она пожала плечами и невыразительным голосом ответила:

– Делай что хочешь. У меня только одна просьба: чтобы твои товарищи не переступали порог этого дома.

– Как пожелаешь. Благодарю за любезность! – сказал он самым бесстрастным тоном, отложил меч, взял кувшин, кружки и скрылся за дверью.

Эллен опустилась на пол и стиснула ладонями виски. Как она могла, как посмела подумать, что в нем есть хотя бы малейшее сходство с Робином? Забыла, кто он? Давно ли не стало Робина, давно ли его стрелки покинули Шервуд – и вот ратники Гисборна чувствуют себя в этом лесу, как в собственном доме! Ее забил озноб от гнева на Джеффри, на саму себя.

Джеффри с лесничими устроились возле стены под окном, с другой стороны которого в душевных муках корчилась Эллен.

– Так куда ты подевался? – услышала она голос одного из лесничих. – После погребения сэра Гая передал мне командование дружиной, а сам как сквозь землю провалился!

Так и есть, горько усмехнулась Эллен, она не ошиблась. Товарищи Джеффри были его соратниками, служившими Гаю Гисборну под его командованием. А кем еще они могли быть?

– Судя по твоей одежде, Томас, ты недолго замещал меня. Как вы оказались в лесничих? – спросил Джеффри, разливая по кружкам вино.

– Как-то надо было жить дальше, – ответил тот, кого Джеффри назвал Томасом. – Замок и земли сэра Гая поступили в казну, немногим позже король Иоанн передал их в лен Брайану де Бэллону. У того свои ратники, сам он уехал в Лондон, и неизвестно, когда вернется. Да и никто из нас не захотел перейти на службу к нему. Лучше король, чем Брайан де Бэллон! Лесничие теперь снова в почете, жалованье хорошее. Сперва сам устроился, потом встретил Мэтью, помог и ему. Узнал, что Никлас поселился с семьей в Ноттингеме, – и его отыскал.

– С семьей? – удивился Джеффри. – Ты женился, Никлас? На ком?

– На Джоанне, на ком же еще? Он вздыхал по ней с того дня, как впервые увидел в Герефорде, – рассмеялся Томас и стукнул кулаком по плечу смутившегося товарища. – Все надеялся, что сэр Гай отпустит Джоанну и выдаст замуж, и только сейчас дождался.

– Странно!

– Что тебе кажется странным, Джеффри?

– Не сочти за обиду, Никлас, я удивлен, что она согласилась выйти замуж, да еще так быстро!

Томас, заметив, как на лицо Никласа набежала тень, поспешил ответить вместо него:

– Слуги Бэллона весьма круто обошлись с ней: обобрали до нитки и выгнали из замка едва ли не в одной сорочке. Не прими она предложение Никласа, то просто погибла бы. Правда, и у него, как у всех нас, в те дни не было за душой почти не гроша. А ведь ей в начале мая рожать, так что служба и жалованье пришлись Никласу очень кстати!