«Маленький СССР» и его обитатели. Очерки социальной истории советского оккупационного сообщества в Германии 1945–1949

Появление на свет новорожденных явно добавляло головной боли не только родителям, но и начальству. Например, приходилось ловить за руку родителей, стремящихся зарегистрировать детей «в немецких органах ЗАГСа», и срочно издавать приказ, объявлявший такие свидетельства о рождении недействительными686. С подобными нарушениями справиться было легко, другое дело, как обеспечить семьи детским бельем, одеждой, колясками? Все это в сваговской системе снабжения было дефицитом. Ясли в Карлсхорсте были открыты лишь в январе 1948 года. И мест в них не хватало687. С дошкольниками тоже были проблемы. Детсад в Карлсхорсте был местом не особо привлекательным – воспитатели не имели ни специальной подготовки, ни опыта работы, помещение тесное, спальни перегружены. Проверяющие отмечали, что «внешний вид детей и персонала не соответствовал требованиям». Например, «на занятиях по ритмике часть детей была в валенках, часть в ботинках, некоторые в свитерах, шерстяных рейтузах, а воспитатели в сапогах, резиновых ботах и без халатов». Никакой особой воспитательной работы не велось, отсутствовали положенные уголки творчества, да и развивающих игрушек не было, как и детских книг688. К тому же в провинциях и землях не везде можно было открыть подобные заведения – не хватало дошкольников для комплекта689. Чтобы выйти из положения, например, в военной комендатуре города Пирна оборудовали детскую площадку, где мамы по очереди рассказывали детям сказки, читали книги, организовывали игры690.

2 октября 1945 года Главноначальствующий СВАГ распорядился открыть в Берлине две русские школы. Средняя школа № 1 для детей сотрудников центрального аппарата691 в Карлсхорсте очень скоро оказалась перегружена. За несколько месяцев количество учеников выросло более чем в четыре раза692. К тому же мальчики и девочки учились вместе, что было против тогдашних правил. В июле 1946 года Главноначальствующий распорядился подобрать помещение для новой школы – мужской693. Помещение нашли в нескольких километрах от Карлсхорста, в районе Шёневайде (ул. Кеплер, 8). Место, по мнению сваговцев, было выбрано неудачно. Далеко. Туда даже трамваи не ходили. Но дело было не только в этом. Председатель Объединенного профсоюзного комитета СВАГ возмущался: «Как можно при всех возможностях в Карлсхорсте организовать советскую школу в Шёневайде рядом с образцовой немецкой школой? Здание, предназначенное для советской школы, совершенно не отремонтировано, во всем здании нет ни одной уборной, и это здание отличается от немецкой школы, как черное от белого… Будет ли политически правильно нахождение нашей советской школы рядом с немецкой? Не исключена возможность, что наши дети будут бить стекла в немецкой школе и устраивать войны с немецкими детьми»694. Хотя ремонт школы должны были закончить к концу августа, еще и в начале 1947 года мальчики продолжали учиться в старой школе. Наконец школу в Шёневайде открыли и пустили трамвай. Детей на учебу стали сопровождать их мамы – дежурные по трамваю.