С.нежное сердце. Книга первая из четырёх

– Пристегнитесь! Выезжаем.

В уже почти полностью разошедшейся толпе машина взрыкнула и покатила обратно на Ставропольскую…

…От школы до дома, как и от службы до школы – сущий пустяк, но по вечерам иногда пути оказываются заторены. Пять минут назад съезжал Роман с дороги почти пустой, а вернулся на неё уже еле вклинившись меж двух «лад». С работы что ли все поехали, или там дальше «поцеловался» кто?..

Девочки сзади заболтали о своём. Капитан и не вслушивался, сосредоточился на вождении.

Настя:

– Физрук вообще такой дурак! Ты слышала, чего он Макаровой сказал? Я с него просто в шоке…

Даша:

– Да. Это он конечно перегнул…

Настя:

– А Дима! Ты видела, как он с козла упал? Я так испугалась! Думала он руку себе сломал!

Даша:

– Диме лучше вообще про спорт забыть. С его то брюхом…

Настя:

– А вот…

Взгляд бродит за стеклом, тело управляет машиной на автомате. То останавливаясь, то подкрадываясь «форд» ползёт в общем потоке. Перекрёсток близится медленно, а ведь до него доехать – и до дома в минуту домчишься!

В какой-то момент Роман покосился на зеркало – не слишком ли «лада» сзади подпирает?.. Взгляд мазнул по преследующей машине с недовольством: чересчур уж жмёт; случись чего – обязательно стукнется. Может посигналить?..

В зеркале мелькнул каштан волос. Роман невольно залюбовался, его взгляд задержался на юном лице их хозяйки. Даша перешучивается с Настей, её розовые губы растянуты в улыбке… Пальцы сжали руль крепче, дыхание сбилось. Роман приказал себе отвернуться, не смотреть! И сам же себе не подчинился… Сложно, просто неодолимо сложно оторваться от созерцания этой девушки. Так сложно, как никогда ещё в жизни не было. Дашино личико – это совершеннейший баланс красоты, милости и подчёркнутой се… Птачек сжал зубы. Третий эпитет он не посмел произнести даже мысленно! И всё же взор его никак не отрывался от её отражения. Эти её прекрасные, стройные черты… изящный подбородок, слегка румяные щёки; тонкие изогнутые брови; лоб плавно переходит в небольшой точёный нос, а её глаза…

В уши ворвался противный, отрезвляющий сигнал! Преследующая «лада» подобралась вплотную и остановилась от «форда» на расстоянии, наверное, меньше пальца! Еле сохраняя лицо Роман взглянул на дорогу перед собой – пустая… Какой же он дурак! Просто теряющий голову наивный глупец! Злой на себя капитан Птачек выжал газ и дальше смотрел уже только на трассу.

К Советской семьдесят четыре домчались уже без задержек. Роман включил поворотники, выкрутил руль. Но только «форд» заехал во двор, как сзади взорвалось протестующе:

– Па-ап! А почему мы снова привозим меня первую?!

Сохраняя молчание Роман до родного теперь подъезда всё-таки докатил. Взглянув в зеркало – не перегородил ли кому дорогу – он убрал руки с руля. Медленно, устало капитан повернулся к дочери и взглянул на неё, как он счёл, со всей заботой.

– Насть… Тебе ведь ещё уроки делать. А время уже позднее.

Глаза дочери округлились, словно её ущипнули.

– Пап! Я тоже с Дашей хочу поехать! Тоже хочу посмотреть, где она живёт! Я там ещё не была!