Гончие Артаксеркса
- Автор: Кашкадамова Ирина Николаевна
- Серия: Под знаком Митры #1
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Гончие Артаксеркса». Краткое содержание книги:
Роман посвящен отряду при правителе ахеменидов Артаксерксе Охе, который занимается поиском артефактов, устранением ненужных людей, коллекторской работой, и другими деликатными поручениями.
Мальчик, лаконец вступает в отряд. Как сложится его судьба? Что приобретёт и чем пожертвует юный воин?
От автора:
Главы А являются пояснительными к основным главам романа, для тех кому историческая справка не нужна, можно их пропустить. Сюжетной линии они не несут, в то же время для полного погружение в то время они необходимы. Их чтение на рассмотрение читателя.
В Доп. материалах есть карты и портреты по роману, не забывайте заглядывать.
С героями этого произведения Калосом и Маржиком можно ещё встретиться в романе «Песнь виноградной лозы. Запах трав», и «Песнь крылатого ветра. Я умею летать». Юный Маржик участвует в повествовании: «Лабиринт для Чёрного пса».
С вопросом нечистоты женщины связан и аспект гомосексуализма в зороастризме. В то же время в элладе ещё на 4 в до н. э. патриархат не победил, повсеместно почитание богини Ма. Женщина считалась священной.
Глава 16
С утра должен был приехать Ракшаш, за своей наречённой. Калосу почти не у далось попрощаться с девочкой. Их с Барзиком, что бы не мешали выгнали прогуляться по городу. Родосцев ещё не было. Вечером младший из братьев Мемнон проходил посвящение, а потом ночь в молитве они провели в храме. Само посвящение Калос наблюдал, увязавшись за ними, и никем не замеченный, залез на дерево, оттуда посмотрел всю церемонию.
В длинном хитоне родосец сначала толок виноград в тазу, это как-то соответствовало ритуалу посвящения, смысл которого лаконец не знал. Подошедший жрец подал руку, помогая юноше спуститься. Тот так и пошёл в грязном блинном хитоне, закапанном виноградным соком.
Светлый силуэт медленно, неуверенно, двигался по дорожке.
Калос сидя на дереве затаил дыхание, ему было интересно посмотреть ритуалы, которые в жизни пройдут мимо него.
Родосец обошёл дерево, на котором как раз и расположился наблюдатель. Жрецы сопровождавшие юношу тоже не видели зрителя, иначе тому бы тяжело пришлось, заметь непрошенного гостя во время церемонии.
Калос разглядел, что глаза Мемнона были завязаны. Именно это объясняло скованность его действий. Жрецы помогали идти. Подведя к дереву юношу оставили, он обхватил руками толстый ствол приникнув к нему всем телом.
Достав прутья суровые дядьки жрецы принялись пороть юношу. Вскоре через ткань на спине показалась кровь. Мемнон молча терпел боль. Прутья легко и со свистом ласкали юное тело принося кровавую жертву божеству.
Калос тоже вжался в кору дерева сидя на нём как мышка. Внизу экзекуция прекратилась и родосцу сами жрецы надели на ноги сандали. Застегнули ремешки. В руки юноше дали тазик с водой. Сняли повязку.
После того, как Мемнон увидел своё отражение в воде, его умыли жрецы. Сведя неофита со склона где распалось дерево, три жреца приняли его как своего, повязав ему на талию красный пояс поединщика.
Было ли Калосу завидно? Сидя на дереве юноша не мог понять. Конечно же он тоже хотел бы быть поединщиком, но его семья это совсем другое. Раньше лаконец бы возненавидел родосца, за то, что тому так улыбнулась Тиха, но теперь…
Ему нравилось быть с Маржиком, его замысловатые ласки, изысканные умения. Калос получал удовольствие от всего, что лидиец с ним вытворял, а фантазия у того была богатая, разнообразная. Конечно, иногда к ним присоединялся Барзик, и пахал как кабан неугомонный, но даже это, Марж обставлял так, что у юноши не возникало протеста, а только вносило разнообразие в их бурные ночи. Разносторонний ему попался учитель. Лаконец уже бы себя назвал изощрённым в любовных ласках.
Так, что не особо он завидовал Мемнону в получении красного шнура, он был богаче, у него была любовь…
И вот теперь на малюсеньком рынке, который скорее можно было бы назвать барахолкой, Калос забрасывал вопросами более опытного и сведающего в любовных вопросах друга.
Рынок был совсем небольшим, на теобразном перекрёстке дороги сидели люди на обочине и торговали кто чем мог, от ржавых и кривых гвоздей, уже где то использованных, до каких-то страшных керамических фиал. Два молодых человека возвышались там словно стройных кипариса в оливковой роще. Они стояли оперившись на столб для объявлений и мирно беседовали.
— Он мне последнее время мало внимания уделяет, словно отталкивает, — жаловался Калос Барзику. — днём Марж даже на меня не смотрит. Понимаешь, он говорит, что дела, что просчитывает, а меня побоку… Я чувствую, он от меня закрывается.
— Не выдумывай. — пытался успокоить надувшего губы юношу фригиец.
За последнее время у Калоса появилась такая привычка, как по детски надувать свои небольшие розовые губки, то ли Маржику он так больше нравился, то ли сам увидел своё отражение и понял, что так приобретает трогательный и милый вид, и теперь пользовался этим без зазрения совести. Ему, под воздействием юношеской влюблённости, её эгоизма и максимализма, так хотелось большой любви, что бы Маржик весь мир бросил к его ногам, в ответ на его страсть, что лаконец даже готов был отказаться от пары бурных ночей, что бы получить всё сразу. Ему хотелось всего любовника, все его чувства сконцентрировать на себе. Того внимания, что оказывал ему сейчас лугаль было мало, хотелось большего.