Здесь все взрослые [litres][All Adults Here]

– Хотел поговорить с тобой о здании на углу, – продолжил Эллиот. – Не уверен, что мама знает, но его купил я.

– Правда? – Берди даже остановилась. – Ты же знаешь, что у Астрид это пунктик? Знаешь, конечно. Или нет? Она очень хочет, чтобы в нем что-то заработало, а я ей говорю – обязательно заработает. Значит, его купил ты?

– Да, – подтвердил Эллиот. – Именно так.

– Отлично! – одобрила Берди. – И что ты с ним надумал делать? Ведь у книжного магазина Сьюзен и у меня восемнадцать лет один и тот же хозяин. Еще до того, как я приехала в Клэпхэм. Да и «Спиро» здесь испокон веков. И Фрэнк. Для местных это очень важное событие, так что на тебе – большая ответственность. Тем более ты живешь здесь. Хозяева обычно держатся от своей собственности подальше. – Она снова занялась Сесилией, мягко опустила ей голову.

– Согласен, – сказал Эллиот.

– Что вы хотите тут построить? – поинтересовался Август. – Когда покупали, наверняка о чем-то думали?

– Все не так просто, – ушел от ответа Эллиот. – Я ведь купил недвижимость, а не услуги.

– Но вы же здесь живете, – напомнила Сесилия.

– Вам понадобятся сотрудники, – вставил Август.

– Этим деткам палец в рот не клади, – усмехнулась Берди.

– Вот бы открыть тут музей Инстаграма, – мечтательно произнесла Сесилия. – Есть места, которые для того и созданы, чтобы люди туда приходили, что-то снимали, а потом выкладывали в интернете.

– Ты это сейчас выдумала? – спросила Берди. – Разве такое есть?

– Есть, – подтвердила Сесилия.

– Думаешь, людям это нужно? – спросил Эллиот с озабоченными нотками в голосе.

Сесилия и Август переглянулись в зеркале и прыснули со смеху.

– Я знал, что ты шутишь.

Видно было, что Эллиот переживает. С ним такое часто случалось: что-то делаешь и сам знаешь – не то. А вот его брат, Ники, всегда делает то`, за редкими исключениями. Даже когда совершает вселенскую глупость, ему сходит с рук. Портер – то же самое. Его брат с сестрой могут вместо водных лыж встать на цементные плиты – и все равно заскользят по водной глади. У них есть важная черта – они уверены в себе. И эта уверенность позволяет им не думать о деньгах, не мечтать о большом доме, о нормальной жизни – с точки зрения окружающих. Когда Эллиот смотрел на экстравагантную женитьбу своего брата, на его крохотную квартирку или на отказ сестры вступить в брак хоть с кем-нибудь, ему становилось за них неловко, однако и за себя тоже – им явно не требовалось то, что требовалось ему, внутри у них работал какой-то двигатель, которого не было у него, который позволял им жить в своем ритме, а ему нравилось двигаться общей колеей. И в своей семье Эллиот чувствовал себя чудаком, потому что сначала женился, а потом завел детей, просчитал их появление на свет, и вообще, покупал кухонную утварь по каталогу.

Неужели причиной всего этого стал один разговор? Не может быть. Или может? Как устроен человеческий мозг? Один разговор может изменить ход жизни человека, может. Супруг или супруга говорят своей половине – мы разводимся. Или тебе звонят и говорят: твоя жена, сын или отец погибли, несчастный случай. Взять жизнь Боба Бейкера – один разговор начисто ее изменил. Может, и с Эллиотом так же?