Пилигрим 4 [СИ, черновик]

Наконец настал момент, когда Стоева оставили последние сомнения. Он долго стоял молча рассматривая Михаила и смотрел ему в глаза, стараясь понять необъяснимое. Постепенно в нем крепла вера в происходящее, что Романов отмечал, наблюдая за малейшими изменениями его выражения лица.

Наконец Данила принял решение, подошел к столу, налил в кружку сбитня. Плеснул туда из склянки зелье, и единым махом выпил. Сел на стул, и вновь посмотрел в глаза Михаила.

— Я тут достаточно долго. Ты все видел. Противоядие мне было не принять. Склянка с зельем была на виду. Как быть ты знаешь.

Пока не подействовало зелье, он вызвал из-за двери стражу, и приказал привести Ксению. Не прошло и минуты, как она оказалась в пыточной и с нее сняли кандалы. Михаил ободряюще улыбнулся, и указал на сидевшего боярина, на лице которого постепенно появлялось блаженное выражение. Она недоумевающе посмотрела на Романова, но тот только ободряюще кивнул, и опять показал подбородком на хозяина Озерного.

— Кто велел убить Петра, его семью и Алию? — видя, что Ксения довела клиента до нужной кондиции, поинтересовался Михаил все так же будучи прикован к дыбе.

— Мономах, — блаженно вздохнув, ответил Данила.

— Кто знал об этом?

— Федор и его подручные.

— А Ростислав?

— Он должен был захватить город, так, чтобы не придать его разору, арестовать князя с семьей. И представить их на княжий суд. Федор все сделал за его спиной. Потом выдал нескольких павших в сече за казненных убийц княжьей семьи.

— Зачем это нужно было Мономаху.

— Серебра от Пограничного стало поступать меньше. А ему его постоянно не хватало. Петр же воспротивился давать столько, сколько давал ты.

— Ты знал о том, что затеял Федор?

— Нет. Мне сказали, что князя будут судить и постригут в монахи.

— Откуда узнал?

— После провел свое дознание, и все вызнал.

— Для чего узнавал-то?

— Чтобы посчитаться с убийцами, когда придет срок.

— Так отчего же не посчитался?

— Ждал пока князь Ростислав перестанет сильно в нем нуждаться. Потому как кроме Всеволодова иной надежной опоры у киевского стола нет.

— И сколько ты еще собирался ждать?

— Недолго. Архипка уже набрал достаточно сил. Еще малость укрепится, а там и спрос учинить можно.