Пилигрим 4 [СИ, черновик]

— Убивать-то к чему? Всю семью. Под корень.

— А вот это уже не твоего ума дело. Лучше давай вернемся к тебе. Так каким ты боком к Романовым?

— Родня. Близкая.

— Не было у Михаила Федоровича родных, кроме потомков Рюрика. И на стороне деток он не имел. Он вообще не был ходоком, потому как жену свою любил.

— А коли я сам Михаил и есть?

— Шутить стало быть решил. Только отшутиться ить не получится. Отсюда у тебя только одна дорога, на тот свет. А коли так, то я и стараться не буду. Достанет с тебя одного лишь зелья правды.

— А что так? Жечь каленым железом не нравится?

— Не нравится. И никогда не нравилось.

— А для чего же тогда это богатство содержишь. И все за то, что оно не простаивает.

— А вот это уже не твоего ума дело, — открывая толстую дубовую дверь, произнес он.

В помещение вошла девка, в распахнутой шубке. В руках две кружки, и кувшин со сбитнем. Последний они пристроила на краю горна, чтобы оставался горячим. Пустую кружку поставила на стол, а с полной направилась к Романову. Подойдя к нему она потянулась было к носу, дабы зажать его, но Михаил отвернулся.

— Не нужно. И так выпью, — произнес он.

Тогда она ласково улыбнулась и приподняла его голову, чтобы удобней было пить. Он с удовольствием выдул сбитень, с характерными нотками вкуса зелья правды. Хорошо приготовлен, между прочим. Жаль только холодноват.

— Данила Ильич, просьба одна есть, — допив, произнес Романов.

— Говори.

— Ты пока со мной не закончишь, Ксению-то не трогай.

— За мной зряшного изуверства никогда не водилось. Не станет нужды, никто ее пытать не станет. Расслабься. А Машенька тебе поможет, — кивая на девушку, произнес боярин.

Тем временем та с многообещающей улыбкой сняла с себя шубку, потом призывно извиваясь телом, избавилась от сарафана. По зимней поре на ней обнаружились шерстяные панталоны. К слову, привнесенные именно Михаилом. Заботился он о женском здоровье. Ему рождаемость нужно было поднимать, а не полагаться на естественный отбор. И результат был.

Марии на вид лет двадцать пять. И мастерицей она оказалась ничуть не хуже Ксении. Знала как возбудить мужчину, и как доставить ему удовольствие. Как ласки превратить в сладостную пытку. Словом, профессионал, что тут еще сказать.

Только в этот раз ей попался неправильный клиент. Тело реагировало вполне ожидаемо. Потому как разум в его реакции не участвовал совершенно. Зато разум не желал поддаваться. Михаил смотрел на нее с нескрываемой иронией, время от времени переводя взгляд на Данилу.

Тот сидел в углу, попивая горячий сбитень. При этом взгляд его все больше мрачнел. Так как на все вопросы девки, у Михаила неизменно находился ироничный ответ. Порой прилетало и ее начальнику.

Наконец Строев усомнился в том, что в первой кружке имелось зелье. Достал из кошеля склянку и наполнив пустую тару повторно, щедро плеснул в нее новую порцию. Михаил с самым искренним видом поблагодарил его за горячий напиток, который теперь оказался куда вкуснее.