Египтянин. Путь воина

– Встречаемся? – переспросил он, заглядывая девушке в лицо. – Разве ты бежишь из дворца вместе со мной?

– Милый, мы же были любовниками, – с укором – как недогадливому ребёнку – напомнила ему Изигатар. – А слуги во дворце так болтливы…

После этого она вырвалась и упорхнула от Ренси, словно птичка – лёгкая, пёстрая, чудесная…

Громче зазвучали кроталы и кимвалы, загремели тамбурины; раздались неистовые крики. В парадный двор вступила торжественная процессия.

Толпа встречала рукоплесканиями шедших среди жрецов юношей. Левая часть туловища каждого из них была покрыта мужскими одеждами, правая – женскими, а голова украшена разноцветным убором. Кургара, верховный служитель Иштар, вооружённый любимыми богиней кинжалом и ножом, возглавлял шествие гордо бряцающих теми же видами холодного оружия сагурсаг – вступающих во взрослую жизнь новобранцев. За ними следовали пляшущие и завывающие скопцы. С накрашенными лицами, надушенные и наряженные, как женщины, они походили на них, но скакали и кривлялись, будто стадо взбесившихся обезьян.

Ренси пробирался к ним сквозь толпу. Когда же он оказался среди них, его сразу увлекло в вихрь этого, казавшегося бессмысленным и диким, ликования. Скопцы испускали возгласы, похожие на крики птиц, извивались, как змеи, выкатывали глаза, сопели и стонали. Необъяснимое мистическое сладострастие наполняло тяжёлый воздух.

Ренси казалось, что он теряет свой облик в бешеной скачке и объявшем его непонятном восторге. Как будто, подражая жрецам, он вдруг стал одним из них. В какой-то миг Ренси, точно кто-то окликнул его, поднял голову – процессия миновала портал – над ним была арка, увитая гирляндами цветов. Ещё немного – и царский дворец останется позади.