Пруд гиппопотамов [The Hippopotamus Pool - ru]

Уолтер привык к манерам своего брата.

– Я пойду с тобой. Я очень хочу увидеть гробницу.

– Наверно, лестница ещё не закончена, Уолтер, – вмешалась Эвелина.

И это было очевидно, потому что Мохаммед, сидевший на земле на корточках, как раз собирал её – простую конструкцию из деревянных ступеней и опор с кольями для перил.

Уолтер напрягся.

– Верёвочная лестница вполне пристойна.

– По крайней мере, подожди, пока у тебя не появятся подходящие ботинки и, ещё лучше, перчатки для защиты рук.

Совершенно неправильный подход, могла я ей сказать. Мужчины ведут себя как мальчишки, когда кто-то, особенно женщина, ставит под сомнение их стойкость. Уолтер мог бы уступить – хотя он и мужчина, но относительно разумен – если бы не появился другой человек, спускавшийся по верёвочной лестнице со скоростью и ловкостью спортсмена. Едва опустившись на землю, он снял шляпу и поклонился дамам.

Его непринуждённая грация заставила бедного Уолтера выглядеть ещё более хрупким и беспомощным. Я никогда не встречала мужчину, чьё телосложение соответствовало бы телу моего мужа, но рабочий костюм сэра Эдварда – особенно рубашка, влажная от пота – демонстрировал спортивную форму его владельца со всеми возможными преимуществами.

Эмерсон приветствовал его в типичной манере:

– Я же говорил вам, что вы мне сегодня не нужны.

– Не подвернулось ничего лучше, – последовал весёлый ответ. – Как я уже сказал, сэр, когда мои фотографические услуги не требуются, я готов выполнять любую другую задачу. Я помогал Дауду маркировать корзины.

Я посчитала, что церемонию знакомства разумнее осуществить Эмерсону, что он и сделал, хотя и неохотно. Сэр Эдвард принял предупреждение Эмерсона близко к сердцу; с момента присоединения к нашему обществу он едва решался заговорить со мной и держался подальше от Нефрет. Он почтительно склонился над рукой Эвелины и провозгласил, обменявшись рукопожатием с Уолтером, что для него высокая честь – встретиться с человеком, труды которого столь почитаются всеми, имеющими отношение к египтологии.

Эмерсон с подозрением покосился на него, но решил, что лишняя компания не повредит, а у меня и так имеется достаточное сопровождение.

– Идём со мной, Уолтер, раз уж тебе так хочется. Лучше передо мной; я придержу лестницу снизу.

– Позвольте мне придержать её для вас, профессор. – Сэр Эдвард последовал за ними, и я услышала, как он добавил: – Мистер Эмерсон, сэр, возьмите мой пробковый шлем, если он придётся вам впору – существует опасность камнепада.

– О Боже! – воскликнула Эвелина. – Амелия, постарайся отговорить Уолтера, он не выдержит этого.

– Пустая трата времени, милая. Присядем в тени, ладно?

Мы вернулись в укрытие, где Эвелина вступила в разговор с Гертрудой, извиняясь за то, что выселила её из своей комнаты. Подобное проявление внимания, казалось, очень удивило Гертруду. Я полагаю, она не привыкла к подобным вещам: вежливость к тем, кого считают своими подчинёнными, редко встречается среди высших классов.