Тайна двойного убийства

Мой провожатый сам разрешил мои сомнения. Ласково тронул за руку:

— Я пошел, — сказал он, — спокойной ночи, Наташа. До встречи.

И стал спускаться вниз, не вызывая лифта.

Я ткнула ключом в замочную скважину, и такого легкого толчка хватило, чтобы дверь внезапно открылась. Нет, это совсем другое, чем на работе, — видеть разгромленной собственную квартиру! Стоя одна на пороге, я испытывала неподдельный ужас. Ватными стали ноги, и крик вырвался непроизвольно:

— Игорь!

— Что, Наташа, что?! Я здесь! — он возвращался, прыгая через несколько ступенек сразу и, оказавшись у двери, вмиг прикрыл меня собой. Без сил я уткнулась лбом в эту широкую сильную спину, закрыла на миг глаза, и все происходящее показалось мне сном, видением, которое развеется, едва я подниму веки.

Игорь вглядывался в дверной проем.

— Кража, — лаконично произнес он, и тут же в нем заговорил специалист: — Входить нельзя. Откуда можно позвонить? От соседей? Нужна опергруппа.

Привычные слова подействовали лучше всякого утешения.

— Подожди тревожить соседей. Давай осторожно, чтоб не наследить.

Ступая след в след, мы прошли к телефону. Страшное зрелище открылось нам. Чья-то глумливая рука вывернула все мои немудреные вещички, выбросила на пол, смешала. Пока Игорь, осторожно обернув платком трубку, вызывал милицию, я пригляделась. Не было у меня драгоценностей, не заработала. Единственное мое богатство — книги, но это только для меня ценность — купленные случайно, разрозненные, не Бог весть как оформленные. Безобразной кучей сброшенные, они сиротливо лежали среди прочего хлама.

Нет худа без добра. Малое количество моего имущества помогло мне быстро определиться: по-моему, все вещи целы. Вон, на дне открытого шкафа лежит моя дубленка, сверху прикрыл ее плащ. Если не взяли это, то что же? Меня охватило нетерпение, совсем недостойное профессионала. Быстро просмотрела я сброшенные с вешалок вещи — целы! Не было кражи? А что означает этот погром?!

Поделилась своими сомнениями с Игорем, тот призадумался, ухватил в горсть подбородок — признак растерянности, это я успела уже заметить.

— Н-да… — протянул он, — а документов каких-нибудь ты дома не держала?

— Какие документы?! — возмутилась я. Что я могла держать дома? Дело? Зачем? — и тут же прикусила язык. Совсем недавно брала домой именно уголовное дело и работала с ним почти целую ночь — поджимали сроки и пришлось посидеть. Впрочем, это ведь совсем другое.

К приезду оперативной группы я уже была твердо уверена, что ко мне в квартиру проникли не воры. Два варианта мне представлялись, и даже скептически настроенный Игорь не смог их отвергнуть. Первый: меня хотят запугать и унизить. И второй, еще более неприятный: собираются меня шантажировать. Как и чем — трудно сказать, но собираются…

Крупная черная овчарка опергруппы вывела кинолога к подъезду и виновато села.

— Машина, — развел руками кинолог, — была машина прямо у подъезда.