Смутное время в России в начале XVII столетия: движение Лжедмитрия II

§ 4. Начало обороны Троице-Сергиева и Иосифо-Волоколамского монастырей

Покинув поле Рахманцевского сражения, войско Я. Сапеги днем 23 сентября (3 октября) 1608 г. подошло к Троице-Сергиеву монастырю, в котором намеревалось стать лагерем.

Троице-Сергиев монастырь в начале XVII в. являлся авторитетнейшим религиозным центром России, богатейшим хозяйственным комплексом. Только в Замосковье троицким монахам принадлежало около 196 тыс. десятин земли, не считая поросших лесом, 6.236 крестьянских и 657–671 бобыльских дворов[1078]. Ежегодный доход троицких монахов составлял огромную по тому времени сумму — 1500 руб.[1079] Центром Троице-Сергиева монастыря была мощная каменная крепость, возведенная в 1540–1550-х годах на возвышенном месте, окаймленном крутыми оврагами реки Кончуры и ее притоков. Укрепления состояли из 12 башен, соединенных стенами общей протяженностью 1.250 м, высотой 8–14 м, толщиной 1 м. В башнях размещалось 110 пушек. На стенах, прикрытых от выстрелов врагов специальной галереей, устанавливались приспособления для метания камней, бревен, вара и смолы. Подступы к крепости преграждали рогатки и надолбы. Внутри крепости размещались храмы, монашеские кельи, многочисленные служебные помещения, в которых хранились значительные запасы продовольствия и снаряжения[1080]. Все это позволяло успешно оборонять крепость малыми силами в течение длительного времени и контролировать Дмитровскую, Ярославскую и Старомынскую дороги, которые связывали Москву с Замосковным краем, Поморьем, Поволжьем и Сибирью[1081]. Учитывая важное стратегическое положение крепости, руководство Тушинского лагеря наметило создать в Троицкой крепости опорный пункт своего господства на северо-востоке страны. Испанец X. Крузатти в своем письме к Я. Сапеге прямо указывает, что владения Троице-Сергиева монастыря рассматривались тушинцами как «имение» Я. Сапеги, где он должен был получить все необходимое для содержания своих солдат[1082]. Лжедмитрий II и его советники полагали, что, склонив на свою сторону авторитетную троицкую братию, смогут завоевать признание и поддержку народа. С помощью богатств монастыря, о которых ходили легенды, они намеревались рассчитаться с наемниками.

Исследователи по-разному оценивают численность троицких осадных сидельцев. Назывались цифры от 2,5 до 8 тыс. человек[1083]. Нам удалось отыскать копию польского документа 1609 года, данные которого подтверждают выводы Д.П. Голохвастого и А.В. Горского[1084], основанные на русских источниках, что в крепости находилось примерно 3–3,5 тыс. осажденных, из них около 2–2,5 тыс. воинов[1085]. Основу гарнизона крепости составили воинские силы монастыря: монахи Троицкого и Подольного монастырей, имевшие боевой опыт и способные носить оружие (общая численность монахов составляла около 320 человек), 130–150 слуг, около 800 даточных крестьян, а также жители села Клемятьева, которое фактически было посадом Троицкой крепости[1086]. Правительство Василия Шуйского прислало в крепость отряд под командованием воевод окольничего кн. Г.Б. Долгорукова, московского дворянина А.И. Голохвастого и голов выборных дворян переяславцев В. Зубова, Ю. и А. Редриковых, коширянина С. Марина, алексинца И. Ходырева, владимирца кн. И. Болховского, тулянина И. Есипова и юрьевца И. Внукова. Источники свидетельствуют, что отряд состоял примерно из 700–800 дворян, 110 стрельцов и небольшого количества служилых казаков[1087].