Трёхочковый в сердце

– В принципе боюсь поменяться спать. Не пытайся понять, просто можешь со мной посидеть, пока я не засну? – Надя так и топталась в пороге, не входя в комнату, и тем более не приближаясь к кровати Ника.

– А что мне прикажешь делать, томясь в ожидании твоего блаженного храпа? – вся пикантность момента схлынула, от чего он чувствовал себя неловко, начиная безвкусно ёрничать, насколько хватало способностей.

– Можешь включить какой-нибудь фильм, я твоих вкусов почти не знаю, но если мне не понравится, то я хотя бы быстрее засну.

– Ладно, тогда настало время для величайшей трилогии всех времён, наконец я познакомлю тебя с лучшим жанром кинематографа. – в ходе разговора они неторопливо перебрались в гостиную.

– Я недавно пересматривала «Матрицу», давай что-нибудь другое. – в какой-то момент Ник даже услышал как заиграл райский оркестр и небеса разверзлись благословенным светом. Он замер как вкопанный, вытаращив глаза на Надю, – Что такого, девочки тоже смотрят фантастику, если там есть про любовь.

– Я просто поражён, но как бы я тепло не относился к творению бывших братьев Вочовски, лучшая трилогия всё же принадлежит Кристоферу Нолану и его «Бэтмену».

– Не люблю фильмы про супергероев. – как всегда в таких случаях музыка играла недолго, наверное где-то всё же существует концепт идеальной женщины, но Наде его алгоритмы не достались, – Так и быть, включай. Кстати, а чего ты назвал режиссёров бывшими братьями? Это как?

– Просто сейчас они сёстры, или брат и сестра. Ты не знала, пару лет назад это была сенсационная новость.

– Да ладно, так не бывает! – Нику всегда нравилось, как Надя быстро краснела, представляя в своей голове нечто, кажущееся ей непристойным, и заочно реагируя на это. И ещё эта её естественная жестикуляция, лишь придавала обаяния.

– Современная медицина творит чудеса. Так мы смотреть будем? Я включаю.

Они устроились на диване, впервые с момента знакомства Надя села рядом, практически облокотившись на Ника. Было непривычно, раньше им никогда не доводилось оказываться так близко друг к другу, за исключением, так называемых, рабочих моментов. Но он был не против. Ник по настоящему ощущал её близкое присутствие: тепло рук, соприкасающихся с его плечом, каскад ниспадающих во все стороны волос, которыми можно было укрыться не хуже пледа, даже запах. Не аромат духов, или дезодоранта, которыми так часто злоупотребляют девушки, разбрызгивая, поливаясь и натираясь ими, используя как биологическое оружие, сражающее наповал. Запах Нади был сродни тонкой нотке спелой дынной корочки, с которой срезали всю мякоть оставив терпкий мускатный привкус на ряду с медовой сочностью. Это было новое открытие. Ник дышал, словно переместившись на фруктовую плантацию, зная, что это не мираж, ведь тепло солнца так отчётливо обжигало кожу его рук.

Вернувшись в реальность, он заметил, что Надя спит, комфортно свернувшись у него практически на груди. Голова лежала у Ника на плече, которое смешно подпирало её щёку, чуть приоткрывая рот, куда с каждым вдохом норовил залететь локон вьющихся волос, а на выдохе из уголка стекала маленькая слюнка, прямо ему на майку. Завтра он будет бесконечно попрекать Надю этим, а сейчас ему было приятно оказаться полезным, хоть раз. Ещё она держала его под руку, как-будто они смотрели ужастик, а не фантастический боевик, где страшных моментов было – ни одного, по детски поджав под себя ноги. Ровными интервалами дыхания, поднималась её грудь, касаясь Никитиного локтя, но что-то сексуальное в этом было, только в давно позабытых фантазиях. Фильм подходил к концу, и затекающие конечности так и вопили, онемевая от происходящего, а ему, всё ещё, было страшно лишний раз пошевелиться.