Трёхочковый в сердце

В некотором роде, условие их совместного времяпрепровождения улучшилось, и даже увеличилось. Теперь Надя частенько засиживалась допоздна, они обсуждали, и конечно же спорили, о фильмах просмотренных накануне, книгах, в основном женских романах, которые так ей нравились, и так высмеивались Ником, хотя он всё равно читал их. Иногда он засыпал в процессе, если она выбирала документальное кино или какой-нибудь арт-хаус. Тогда Надя тихонько уходила, заботливо накрывая его пледом. Однажды, они так засиделись, что не заметили как время перевалило за полночь, а погода испортилась отвратительнейшим образом. Ник уже и не помнил, что так рьяно отстаивал, так как тематика их дискуссий несколько раз меняла направление, пол и, по ходу, даже ориентацию. Взглянув на часы, Надя засобиралась домой.

– Не уходи, останься. – наверное есть не меньше сотни вариантов словосочетаний, которыми можно гостеприимно предложить ночлег и крышу, но ни одно из них не будет звучать уместно из уст одинокого парня, в адрес красивой девушки.

– Ты просишь, или предлагаешь? – Надя задержалась в проходе, словно ждала, что её остановят.

– А есть разница?

– Для меня да. – какие-то секунды они играли в гляделки, никто так и не уступил.

– Тогда предлагаю, и свою спальню тоже. – иногда их разговоры были как шахматные партии новичков, они умели переставлять фигуры, но не знали к чему это их приведёт.

– Боже, упаси! Ни одна девушка не должна находиться в комнате парня после захода солнца, если они ещё не переспали, это убивает всю романтику! – Ник не знал, чем руководствовалась Надя придумывая эту фразу, и уточнять не собирался, – Лунный свет, он же хуже ультрафиолета, вытаскивает все «грязненькие» секреты наружу.