Неоновые Боги [ЛП]

— Я знаю, Аид. Мне не нужно делать с тобой ничего такого, чего я не хочу делать.

То, как легко она это говорит, заставляет меня чувствовать… Она просто заставляет меня чувствовать. Много. Я осторожно положил руки ей на бедра.

— Я регулярно сдаю анализы.

Она кивает, как будто не ожидает меньшего, ловя меня на слове. Абсолютное доверие, которое она мне оказывает, немного ошеломляет. Персефона накрывает мои руки своими.

— Я ни с кем не был после моей бывшей девушки, и после этого меня проверяли. Я также

принимаю противозачаточные средства — внутриматочная спираль.

— Ты не обязана этого делать, — повторяю я. Я хочу быть внутри нее без преград больше, чем я

хочу почти ничего прямо сейчас, но я также не хочу, чтобы она соглашалась на то, к чему она не готова на сто процентов. Мне действительно следовало бы уже получше узнать Персефону.

— Аид. — Она не двигается. — А ты не хочешь? Потому что ничего страшного, если ты этого не

хочешь. Я знаю, что во всей теме контроля над рождаемостью есть некоторое доверие, и если тебя это не устраивает, это тоже нормально. Я обещаю, что так оно и есть.

Мгновение я просто смотрю на нее в шоке. Когда в последний раз кто-то принимал во внимание мой уровень комфорта? Я не знаю. Я действительно понятия не имею, черт возьми. Когда я был с партнерами в прошлом, я был доминирующим, ответственной стороной, которая разрабатывала сцены и управляла ими. Мне нравится эта роль, нравится, когда другие подчиняются мне, но я не понимал, насколько я устал, пока Персефона не предложила мне мельчайшие соображения.

Она снова хмурится.

— О боги, я переступил черту, не так ли?

Мне жаль. Забудь, что я что-то сказала.

Я крепче сжимаю ее бедра, прежде чем она успевает пошевелиться.

— Подожди. Дай мне секунду.

— Потрать столько времени, сколько тебе нужно. — Она говорит это так кротко, что я чуть не

смеюсь.

Я наконец-то взял себя в руки.

— Я думаю, мы на одной странице. Я говорю медленно, нащупывая свой путь. — Если ты в

какой-то момент передумаешь, мы вернемся к презервативам.

— Если ты тоже передумаешь. — Она одаривает меня счастливой улыбкой и сжимает мои

запястья, медленно поднимая мои руки, чтобы обхватить ладонями ее груди. — Никогда не было лучшего времени для начала, чем сейчас.

— Не могу с этим поспорить.

Она приподнимает брови.

— В самом деле? Ты не собираешься даже немного поспорить? Какое разочарование.

Я хватаю ее сзади за шею и тяну вниз, навстречу своему рту. Как бы мне ни нравилось перекидываться с ней репликами, сейчас я не в настроении. Степень доверия, которое она мне оказывает, поражает меня до такого уровня, с которым я не готов иметь дело. Это не так обманчиво просто, как говорить друг другу правду. Она верит мне на слово, что в этот момент со мной она в безопасности.

Персефона тает у меня на груди, жадно встречая мой поцелуй. Я провожу руками вокруг, чтобы схватить ее за задницу и приподнять ее настолько, чтобы мой член зазубрился у ее входа. Я стою совершенно неподвижно, давая ей достаточно времени, чтобы передумать. Мне действительно уже следовало бы знать лучше. Она встала на этот путь и готова с нетерпением мчаться вперед точно так же, как, кажется, делает со всем остальным.