Лето придёт во сне. Запад
- Автор: Сагирова Елизавета Павловна
- Серия: Лето придёт во сне #3
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Социально-философская фантастика
Электронная книга - «Лето придёт во сне. Запад». Краткое содержание книги:
Неожиданно сильно захотелось спать. Время близилось к утру, и сказывалось напряжение последних дней. Немного поколебавшись, я не стала возвращаться на верхнюю полку: вместо этого осторожно втиснулась между Дэном и вагонной перегородкой. Прижалась лицом к его груди, не удержавшись, тихонько всхлипнула, прекрасно понимая, насколько лицемерно плакать об одном мужчине, утешаясь близостью другого. Попробовать оправдать себя в такой ситуации можно было, пожалуй, лишь тем, что горевала я не о разлуке с Ральфом и не о своём выборе, а о том человеке, которого сама себе нафантазировала и которого на самом деле никогда не существовало. Доннел не был добрым рыцарем, выложившим баснословные деньги за то, чтобы спасти незнакомую девочку от садиста. Он поступил так просто потому, что ему это ничего не стоило. И потому что, кроме моей бесконечной благодарности и моего тела, получил возможность позлить давнего недруга, вырвав у него из рук приглянувшуюся игрушку.
Интересно, а Ирэн он тоже планировал позлить или просто не думал о том, что своим псевдо-благородным поступком спускает в унитаз все труды по созданию её «самого креативного проекта» и все вложенные в это средства? Теперь понятно, почему она была так зла, когда явилась сообщать мне о закрытии аукциона и о том, чьим приобретением я оказалась. Она, в отличие от меня, знала, что всё это было ложью и игрой…
Кожа моих ладоней до сих пор помнила холодный и удивительно лёгкий металл арбалета, и я невольно задалась вопросом: но тогда зачем? Зачем Ральф до сих пор помнил обо мне, зачем звал к телефону, зачем извинялся и обещал помочь? Зачем, в конце концов, позаботился, чтобы у меня, если уж я решу остаться и продолжить свою борьбу здесь, было оружие? И не просто оружие, а Пчёлка, мой талисман?
Дэн шевельнулся во сне, прижался щекой к моей макушке, и я пообещала то ли ему, то ли себе, что отныне с мыслями о Доннеле покончено. Кем бы тот ни был на самом деле, какие бы цели не преследовал – эта часть моей жизни осталась в прошлом.
И, успокоенная таким решением, словно только его и ждала, я сразу крепко уснула. А проснулась уже днём, в Улан-Удэ, пропустив величественный вид Байкала, который несколько часов тянулся по левую сторону железнодорожных путей.
В этом небольшом и совсем уже далёком от Москвы городе, судя по первому впечатлению, дела обстояли ещё хуже, чем в Красноярске или Иркутске. Вокзала как такового не было вовсе. Был каменный остов когда-то выгоревшего двухэтажного здания, окружённый постройками поменьше, уцелевшими, но нежилыми, с заколоченными окнами. Чего-то, похожего на кассу продажи билетов или место обитания вокзальной администрации, не наблюдалось. По пустому перрону ветер гонял обрывки старых газет и прошлогодние листья.
Мы вышли из поезда впятером, потерянно встали, глядя на эту разруху, не смея отойти от дверей головного вагона.
– Да вы не бойтесь, – усмехнулся в усы начальник поезда, только что проверивший билеты нескольких севших здесь пассажиров в военной форме. – Тут днём не опасно.
– А ночью? – хмуро спросил Белёсый, который становился тем мрачнее, чем дальше мы двигались на Восток и, наверное, уже не радовался, что вообще ввязался в эту авантюру.
– А ночью знать не могу! – хохотнул начальник поезда. – Ночью мы здесь никогда не останавливаемся.
– Но ведь другие поезда останавливаются? – зачем-то спросила Яринка, и мужчина посмотрел на неё излишне пристально.
– Другие поезда здесь не ходят, красавица, – медленно ответил он. – Кого им возить? Или не знаешь, куда едешь?
– Да дура она малолетняя, – махнул рукой Белёсый, игнорируя злой взгляд Яна. – Куда везут, туда и едет: им, бабам, ни до чего дела нет.
Но начальник поезда на нас уже не глядел. Он оживился, даже приподнялся на цыпочках, высматривая что-то в конце перрона, радостно забормотал:
– Вот она, родимая, вот она, кормилица…
Из-за угла бывшего вокзала к нам шла древняя старуха, с удивительной для своего возраста и сложения резвостью толкавшая перед собой детскую коляску. В коляске не оказалось никакого младенца – зато была куча горячих, завёрнутых в промасленную бумагу пирожков, которые она и принялась продавать начальнику поезда, приглашающе поглядывая на нас. Но пирожков мы так и не отведали: деньги, полученные от Дульсинеи Тарасовны, остались у Белёсого, а он никого угощать не собирался. Пришлось, проглотив слюну, уйти в сторону от дразнящего запаха. Зато появление старушки странным образом успокоило меня, смягчило удручающее впечатление от Улан-Удэ. Ведь если в городе есть такие старушки с пирожками, то наверняка для него ещё не всё потеряно и жизнь здесь продолжается, несмотря ни на что.