Из духа и оков [ЛП]

В его голосе не было горечи, гнева. Я была благодарна. Родес никогда не любил меня, и я не любила его. Мы думали, что между нами была связь, пока мы не поняли, что ее не было.

— Я — не королева Обскурита, — сказала я, и Истон сжал мое плечо. Я не хотела ранить его. Но это нужно было сказать.

— Ты с королем, это логично, — сказала Эмори. Я посмотрела, забыв, что она была там.

Она стояла возле Розамонд и Родеса, сцепив ладони перед собой.

Ей было некуда идти, и она была с нами.

Она помогала перевязывать и прочищать раны. Она не была на поле боя. Но была потом тут.

И это было исцелением. Я надеялась на это.

— Я не могу быть королевой там, где я еще и Жрица Духа.

Молчание, Истон снова сжал мою руку. Я сжала его пальцы. Он не отодвинулся, и я выдохнула с облегчением.

— Она права. И мы разберемся с титулами и прочим позже. Сначала нужно, чтобы остался мир или даже королевство, чтобы править.

Я не знала, что это означало. Он отступал? Сдавался? Я не знала. Это не было важно. И он был прав.

Нам нужно было сначала защитить наш народ. И для этого нужен был план.

Нам нужно было отдохнуть.

— Мы соберемся после отдыха. Когда поспим и попытаемся решить, что делать. Мы исцелили, кого могли, дальше составим план, — я посмотрела на Тигана. — С твоим отцом, если он может.

— Он захочет мести, захочет порвать глотки всех, кто посмел навредить его жене. Забрать ее у нас, — Тиган сглотнул.

Люкен подошел с Брэлинн на плече. Тиган склонился к нему, и Брэлинн прыгнула на плечо Тигана и потерлась об его щеку.

Я ничего не говорила, потому что было нечего сказать.

Столько вреда. И я не знала, могли ли мы чем — то похвалиться после потерь.

Не важно, что притяжение к Истону пульсировало во мне.

Не важно, что я была, наконец, связана с единственным, кого могла любить больше всего — кроме моей цели. Я не могла размышлять об этом.

Мы так много потеряли.

И я не знала, что делать или говорить.

Вместо этого мы попрощались, пообещав, что встретимся утром, проведем собрание с лордами и леди, которые остались, а потом попытаемся победить.

Я прошла за Истоном в его комнату, даже не пытаясь уйти в свою.

Я не знала, что произойдет. Мне просто нужно было думать, и хоть с ним было сложно думать, я знала, что этой ночью проблемы не будет.

Истон закрыл дверь за мной, когда мы вошли в его комнату. Я нервничала, не зная, почему. Я уже спала в этой комнате. Я уже спала возле него раньше.

Я касалась его. Целовала его. Но теперь было иначе.

Ничто не сдерживало его. Он был тут. Я ощущала его в сердце, в душе, в каждом моем вдохе, во всем, чем я была.

И я нервничала.

— Я должен был сказать это раньше… но не знал, как, — я повернулась к Истону и сглотнула. Он выглядел иначе. Словно вес сняли с его плеч, и хоть я знала, что вес мира лежал на них, как на моих.