Из духа и оков [ЛП]

Я знала, если переживу это, я не забуду крик Истона. Он был истошным, словно вырывался из его горла, и если бы я не знала, что кровь на его губах уже была, я бы подумала, что он навредил себе этим криком.

Все это случилось за миг, и я могла лишь пытаться сжать его ладонь на моей груди, пытающуюся остановить кровотечение. Пытающуюся остановить что — нибудь. Было больно. Все так сильно болело, и я не могла дышать.

Король пронзил меня, и я знала, что это был он, только потому, что Истон назвал его имя.

Я не видела его лица. Не видела и не слышала, как он подобрался. Я увидела дым краем глаза, а потом в моей груди возник клинок. Сначала не было больно, а потом рана загорелась, путь меча в моей плоти и органах пылал.

Я умирала.

Это должно было всех объединить? Моя смерть?

Что это было за пророчество? То, что требовало моей смерти и моего конца?

Может, это должно было произойти. Может, только это могло помочь.

— Не умирай, Лирика. Тебе нельзя умирать, — сказал Истон, кровь капала с его губ, пока он говорил. Он снова закашлялся, как я, и я ощущала, как теплая кровь лилась из раны, покидала мое тело.

Я посмотрела на его грудь, попыталась дотянуться, зажать его рану. У меня не было энергии. Не было сил.

Он умирал. Как я.

Его рана совпадала с моей, и я не знала, что делать. Он был моей половинкой. И у нас было все, кроме связи любви, которая должна была соединять нас. Он умирал, потому что умирала я. Я знала, если я угасну во тьме, как мои родители, как я видела, когда маги Духа сдерживали меня, Истон тоже умрет. И я никогда себя не прощу.

Он не должен был умереть.

Другие собрались вокруг меня, и я ощущала шерсть Брэй на моей щеке. А потом она пропала, и я знала, что кто — то отодвинул ее. Я не хотела, чтобы она видела это. Я не хотела, чтобы хоть кто — то видел это. Ладони Ридли были на моем теле, пытались исцелить меня. Я могла лишь смотреть в темные глаза Истона.

— Не умирай. Нет. Ты мне нужна.

С моих губ не слетело ни слова. У меня не было сил говорить. Я надеялась, что он понимал слова в моих глазах, которые я хотела произнести.

Мои конечности были тяжелыми, кровь выливалась из меня.

Я не хотела умирать.

Моя смерть сведет других. Шиммер умерла, я слышала ее крик. Она умерла. И я не смогла найти Тигана, не могла отвести взгляда от Истона и убедиться, что он был в порядке. Я не знала о Вин или Родесе. Это все устроило пророчество?

Розамонд Видела это?

Это привело меня сюда с вершины горы в Колорадо, когда я упала, потому что нэг тянул меня?

И когда Розамонд исцелила меня, потому что это был непростой удар, и я смогла увидеть, что лежало на другой стороне, все было ради этого момента?

Истон прижимал ладонь к моей груди, поднял мою руку, чтобы моя ладонь была на его ране.

— Ты не можешь умереть. Борись, Лирика. Борис.

Я хотела сказать ему, что пыталась. Всего было так много.

Но не хватало.

Король ушел, как и другие из Люмьера. Все уходили, и я, похоже, уходила с ними.