Новый Рим на Босфоре [publisher: SelfPub]

Надо сказать, римское войско мужественно переносило и пустынные равнины Месопотамии с их бурями и ураганами, и нападения отрядов легкой кавалерии персов, систематически донимавших их. Наконец, пройдя за 2 недели почти 400 км, Юлиан с армией подошел к первым городам Ассирии, которые взял после краткого штурма и предал почти полному разгрому. В жарком климате Ассирии Юлиан делал все, чтобы сохранить боевой дух своих легионеров и наравне с ними делил все невзгоды военного пути. Нередко, замечали современники, его пурпурный плащ мелькал среди пеших легионеров и был так же мокр и грязен, как и плащ рядового воина[410].

Вскоре на пути римлян встала хорошо укрепленная крепость Перизабор, которую Юлиан не смог взять с ходу. Но после того как осажденные увидали приготовления римлян, они запросили мира и по взаимной договоренности покинули стены своего города; Юлиану достались очень большие запасы продовольствия. Однако армия уже начала уставать, и ее дисциплина рушилась. На следующий день персы внезапно напали на отдыхавших римлян, убив нескольких человек и захватив знамя легиона. Юлиан устроил децимацию, т.е. казнил каждого десятого солдата из состава отступивших легионов, и выгнал из армии двух трибунов, а для поднятия духа войска выдал легионерам по 100 серебряных монет. Но войско глухо роптало, не удовлетворяясь уже такой наградой за свои труды и лишения. Вновь пришлось обращаться к солдатам с речью, в которой Юлиан обещал либо умереть в этой кампании, либо подчинить Персию Римскому государству[411]. И солдаты поверили, ободренные его словами.

Вскоре, во время осады сильного города Битра, Юлиану удалось продемонстрировать своим солдатам лучшие качества полководца. Битра имел двойные стены, подступы к городу были закрыты высокими скалами с крутыми обрывами, а гарнизон отклонил любые предложения о сдаче. Два дня шли ожесточенные бои, Юлиан сражался в первых рядах, ободряя бойцов, наконец, под ударами тарана рухнула самая высокая башня крепости, и римляне ворвались вовнутрь. Никто из жителей и осажденных персидских воинов не спасся от мечей разъяренных легионеров. Только начальник гарнизона Надбата вместе со своими 80 телохранителями был взят в плен и милостиво отпущен на свободу царем.

Примечательно, что Юлиан не прельстился ни одной из наложниц, взятых солдатами и предложенных ему в качестве подарка от армии, – желая во всем уподобиться Александру Великому, он не хотел ослаблять себя низкими страстями. Персы, пытавшиеся пробиться на помощь осажденным и укрывшиеся в находившихся поблизости пещерах, были задушены дымом от костров, разожженных легионерами, а попытка сына Персидского царя контратаковать римлян не увенчалась успехом. Город был уничтожен полностью, а римлянам досталась очень богатая добыча[412].