Объединенные Арабские Эмираты. Лицом к лицу с новым чудом света

Как бы то ни было, но, судя по наличию кладов с арабскими серебряными монетами VII—VIII веков, обнаруженных в различных местах России и Украины, особенно в прибрежье Днепра, можно полагать, заключает историк Н. М. Карамзин, что «торговля славян с арабами наладилась не позднее VIII в.».

Наряду с Черным морем и Днепром, другим важным водным путем для торговли русичей с внешним миром, в том числе с Арабским Востоком, были, по словам Н. М. Карамзина, Каспий и Волга. Центром торговли российских купцов с землями Арабского Востока, пишет он, являлась тогда Казань.13

Хроники Дании гласят, что товары из Индии, Персии и Арабского Востока «шли через Волгу» и другие реки руссов «в пристани Балтийского моря». Исторические хроники свидетельствуют, что и караваны мусульманских торговых судов ходили по Волге. Купцы-мусульмане достигали земель Владимиро-Суздальского княжества и Прибалтики, и даже берегов Северного Ледовитого океана или «Моря мрака», как они его называли.14

С торговыми караванами доставлялись на Русь с Арабского Востока и самые лучшие по тем временам лекарства. В XI—XIII вв. они попадали на Русь из Александрии, через Константинополь. Известно, что один из самых уважаемых врачей Древнего Киева времен Владимира Мономаха (1113—1125 гг.) был родом из Сирии.

Есть сведения, что в целях налаживания связей с арабами русичи встречались с послами халифа при византийском дворе. Происходило это в 946 г., во времена правления в Киеве княгини Ольги. Дело в том, что при дворе императора, в войсках и на военном флоте Византии служило тогда довольно много русичей. В 902 г. «во флоте греческом», пишет Н. М. Карамзин, насчитывалось «700 россов, или киевских варягов». Следует отметить, продолжает он, что «сношения между Константинополем и Киевом не прерывались со времен Аскольда и Дира, сподвижников Рюрика». Небезынтересным в связи с этим представляется и сообщение Н. М. Карамзина о том, что когда князь Олег подписывал мир с императором Александром, в свите последнего были два славянина, Гаврилопул и Василич. И одного из них, Василича, император, по словам Н. М. Карамзина, «хотел сделать даже своим наследником».15

Известно, что русичи неоднократно сражались против арабов на стороне византийцев. «В 935 г. корабли и воины Игоря, — сообщает Н. М. Карамзин, — ходили с Греческим флотом в Италию». В 949 г. в составе военного флота Византии осаждали Крит; а в 963 -964 гг. в составе войск императора Никифора Фоки вели боевые действия на Кипре, Крите и в Сицилии.

В Византии, «империи ромеев», воинов-русичей ценили. Девизом русских дружин, «служивших у греков», были слова князя Олега: «Казна робких принадлежит смелому». Этого дерзкого и отважного князя, отмечает Н. М. Карамзин, предпочитавшего «ужасать соседей, а не бояться их», хорошо помнили в Константинополе. Суда русичей, поставленные им на колеса, и «силою одного ветра, на распущенных парусах, сухим путем», идущие на Константинополь, настолько ошеломили греков, пишет Н. М. Карамзин, что они поспешили «предложить Олегу мир и дань». Блестящую победу над Византией князь Олег, прозванный на Руси «Вещим», то есть мудрым, ознаменовал не только тем, что «повесил щит свой на вратах Константинополя» (906 г.), но и тем, что добился для русских купцов права торговать в Константинополе свободно, «не платя никакой пошлины».16