Сахара и Судан (Результаты шестилетнего путешествия по Африке)

Вначале любопытные дамы проявляли определенную сдержанность и довольствовались тем, что рассматривали мое скудное европейское имущество (часы, щетки, зеркало, фотографии и тому подобное). Однако, став более доверчивыми, они довольно бесцеремонно перешли на мою персону, сняли с меня тарбуш, потрогали и осмотрели волосы и исследовали кожу даже в тех местах, где она была постоянно прикрыта одеждой и сохранила свой первоначальный цвет. Так как кожа была тонкой и пронизана голубоватыми сосудами, она показалась им как бы незаконченной, вроде безволосого и неоперенного зародыша животного. Но в общем они все же оказались удовлетворены осмотром и пришли к выводу, что я хотя и удивительный, но вовсе не столь уродливый человеческий тип, как им меня рисовали. Две самые хорошенькие простерли свою благосклонность столь далеко, что первая предложила мне стать ее мужем, а вторая объявила, что в таком случае и она не прочь разделить судьбу своей товарки.

Когда на следующий день (30 декабря) представители улед-солиман и магарба прибыли получить требуемый скот, мы подождали, как к ним отнесутся вандала, а поскольку те вели себя спокойно, то и мы, наконец-то, в последний день года продолжили свой путь. Пройдя шесть с половиной часов в западном-северо-западном направлении по холмистой местности с редкими долинами (в середине пути нам повстречалась только Эннери-Мальте, а часом позднее мы оставили к югу от дороги неглубокую, округлой формы долину Джини), мы добрались до Эннери-Бороди или, как ее называли мои спутники-арабы, Бир-Себуль. Эта долина замечательна тем, что почва там уже много лет как стала добычей постоянного пожара. Долина имеет округлую форму, не слишком густо поросла деревьями, характерными для этой местности, и на ее дне лежит небольшое, заросшее тростником и высохшее болото. В непосредственной близости от него, в северо-западной части долины верхний слой почвы бело-серого цвета, здесь-то и происходит пожар. Сразу же под поверхностью бело-серый земляной слой окрашивается в черный цвет и становится заметно горячим; на полфута глубже температура возрастает еще больше, а сухой навоз моментально обугливается, тогда как на глубине в один фут так же быстро пожирается и сухое дерево. Тут и там образовались скважины и бреши, из которых выходит слабый, но сопровождаемый сильным жаром пар, а вокруг них все почернело. В различных местах, где на поверхности находились скопления песка, прорастала трава и зелень. По словам кеделы Токои, одного из вождей вандала, этот пожар длится уже шесть лет, тогда как дальше к западу подобное явление гораздо дольше наблюдается в долине, которую арабы называют Вади-Курма.