О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью

Филип не мог вспомнить, где он ее видел.

– Для жены, она мне дочь родила, – сказал он и вдруг вспомнил, как в последний год в детском доме их возили в краковский театр.

Женщина, сидящая напротив, играла несчастную героиню в русской пьесе.

– Вы актриса? – спросил он.

– Да. А вы?

Филип не знал, как назвать свою работу.

– Снабженец. Езжу, устраиваю все.

Женщина посмотрела на него:

– Все устраиваете? Правда?

– Правда.

– Так у вас замечательная работа.

Они быстро договорились насчет кольца, все это время женщина смотрела на Филипа очень внимательно, а когда он отдал деньги, угостила кофе со сливками. Филип думал, она разговорится, но женщина молчала.

Он возвращался в хорошую погоду, народу было немного. Зашел на минутку в уборную, взглянуть на кольцо. Оно красиво сверкало под лучом солнца, преломившимся в треснутом окне, Филипу только пришлось прикрыть унитаз, из которого страшно воняло.

Ирена спускалась по лестнице очень осторожно, словно опасалась, что внутри у нее что-то оборвется. Она немного стеснялась своих страхов и едва заметно улыбалась. В руках она держала сумку. Позади медсестра несла сверток из одеяла. Филип стоял внизу с сестрой Ирены. Он всучил медсестре деньги и неловко принял на руки сверток с ребенком. Малышка спала.

– Какая-то она другая сегодня, – прошептал он и потянулся ее поцеловать, но на пути было слишком много незнакомых тканей и запахов, поэтому он поцеловал жену и достал из кармана рубашки завернутое в бумажку кольцо. Сверкнули камешек и золото, в глазах Ирены, как и следовало ожидать, заблестели слезы.

Из больницы домой возвращались тем же путем, которым пришли. Филип нес ребенка, сзади Ирена рассказывала сестре, как было больно. Перед домом стояла черная “ниса” из похоронного бюро.

– Господи, кто-то умер, – сказала Ирена.

– Да на ней Пётрек Кравчик ездит, вчера мне кроватку привез, – успокоил Филип. С Пётреком, жившим этажом выше, они дружили уже несколько лет.

Дома сняли с руки малышки бирку с фамилией.

– Ирена Мош, – с благоговением прочитал Филип и положил бирку в специально купленную шкатулку, которая при открывании играла “Помнишь Капри, наши встречи…”. Потом вспомнил, что собирался снять, как Ирка с дочерью входят в квартиру. Стал уговаривать жену войти еще раз, но Ирена нахмурилась.

– Это будет плохая примета, – сказала она, потому что всегда знала, какая примета плохая, а какая хорошая, и в ее жизни приметы всегда сбывались.

На предприятии шли занятия по самообороне. Филип не сразу сообразил, куда встать со своим противогазом, у всех были одинаковые лягушачьи рожи, но, ориентируясь по одежде, протиснулся к шеренге чиновников и нашел отдел снабжения. Немного поупражнялись, потом в результате перестроения из двоек в четверки и из четверок в двойки Филип попал в шеренгу начальства и узнал в соседе директора предприятия.

Директор всегда подавал пример и во всем был первым. Все знали, что он хотел сам поступить в вуз для улучшения статистики. Заработал инфаркт, возглавив показательный забег по пересеченной местности, популяризацией которого занимался карьерист физкультурник из местной школы. Болезнь директора перечеркнула планы физкультурника, он перешел в другую школу, где, терроризируя учеников, сколотил команду по гандболу и выиграл всепольские соревнования. Так или иначе, теперь директор тяжело дышал рядом с Филипом. Когда прозвучала команда “вольно”, он стянул с себя противогаз. Волосы у директора слиплись от пота. Он оценил невредимый вид Филипа.