Любовь ослепляет (Я не хочу видеть) (ЛП)

Лекса плотно сжала губы.

— Значит, война.

Её люди стали говорить громче, сурово уставившись на Октавию, которая по-прежнему оставалась непоколебимой. Кларк почувствовала поражение, скребущее внутри. Она рассеянно потёрла запястье, и взгляд Лексы устремился на него. Кларк собиралась рассказать ей об этом позже.

— Я сделала это в качестве жеста доброй воли, — пробормотала Октавия. — Не все из нас согласны с… решениями Беллами.

— Ты имеешь в виду трусость? — взбесилась Лекса. — Как калечить безоружного человека без сознания?

Октавия заметно вздрогнула, и Линкольн впервые обмолвился:

— Хеда.

Лекса развернулась и заметно расслабилась от его взгляда, который как будто бы говорил ей, чтобы она не начинала.

— Я… Я уже ухожу, — вздохнула Октавия, зная, что чёрта с два она сможет поговорить с Линкольном в таких обстоятельствах.

Лекса кивнула. Однако, прежде чем Октавия полностью развернулась, она прошептала тихо и почти неразборчиво:

— Спасибо, Октавия.

Октавия кивнула, обернувшись и обняв Кларк.

— Будь осторожна, О, — пробормотала Кларк.

— Ты тоже, — слова Октавии были короткими, обрывистыми.

Лекса повернулась к лифту вместе с Кларк, собираясь обсудить следующий логический шаг, так как Беллами отказался от своего единственного шанса на перемирие. Кларк не услышала тихий шёпот Октавии «к чёрту всё», поскольку её разум был занят продумыванием нескольких сценариев. Когда они вошли в лифт, всё ещё находясь под общественным наблюдением, Лекса и Кларк услышали вздохи в лобби. Лекса оглянулась, когда двери закрывались, как раз вовремя, чтобы увидеть Октавию на коленях перед Линкольном, целующей его посреди вестибюля.

Густус, тем временем, пререкался с Рэйвен Рейес, которая была остановлена охранниками у главного входа, пытаясь войти. Лекса округлила глаза, а Кларк была ошеломлена, когда двери закрылись, прежде чем они успели бы произнести хоть слово или протянуть руку, чтобы предотвратить это.

Всё произошло так внезапно.

Двери лифта закрылись, но Лексе Вудс не помешало это. Она хлопнула по кнопкам так мгновенно, что Кларк даже не заметила, как дёрнулась её рука, пока она не опустилась вдоль тела, сжавшись в кулак.

— Лекса, — голос Кларк был робким, напоминая об их более раннем периоде отношений, основанных на страхе и ненависти.

Кларк показалось, что она увидела в её действии ту прежнюю Лексу. Лекса, с другой стороны, либо проигнорировала её, либо просто не расслышала Кларк. По крайней мере, так подумала Кларк.

— Останься, — голос Лексы был холодным, жёстким, требовательным. Тем не менее, её тон передавал ощущение защиты и беспокойства.

Конечно же, Кларк никогда не была послушной, поэтому она решила, что не станет изменять своим привычкам и сейчас. Кларк последовала за ней, когда Лекса вышла в просторное лобби, где раздавались крики гнева Землян. Линкольн и Октавия разделяли интимный момент, а люди Густуса повалили Рэйвен на пол.

Лекса сделала глубокий вздох и закрыла глаза, направляя свой гнев в голос. А затем она прокричала:

— ПРИЗЫВАЮ ВСЕХ К ПОРЯДКУ!

Авторитетный голос Лексы донёсся до всех помещений огромного здания, и все замолчали.

Линкольн замер. Октавия стояла на коленях перед инвалидным креслом, крепко держа его за руку. Он что-то ей пробормотал, скорее всего, заверяя не бояться.

Крики Рэйвен немедленно прекратились. Казалось, её заткнул кто-то из людей Лексы, потому что её вопль привлекал слишком много внимания.

Аня, которая явно бросила вызов приказу Лексы остаться наверху, замерла, пытаясь, по-видимому, заткнуть того, кто что-то сказал против Линкольна, холодным взглядом впившись в Октавию.

Кларк смотрела на Лексу, на пульсирующую вену на её горле, когда она прокричала, на то, как все в здании замерли, чтобы с уважением последовать её приказу. Она была, действительно и абсолютно, Командующей.

Лекса прочистила горло, окинув взглядом своих людей, которые напряглись и выглядели так, словно готовы были убить по одному только её слову. Возможно, так и было.

— Задержите их. Обеих, — коротко сказала Лекса. — Аня? В конференц-зале. Через пятнадцать минут. Линкольн, ты тоже.

Слова Лекса были резки, словно сделаны изо льда. Кларк задалась вопросом, что будет с Рэйвен и Октавией.

— Все остальные, разойдитесь и заткнитесь, прежде чем я заставлю вас пожалеть об этом, — рычание Ани было достаточно предупреждающим, и группа Землян рассеялась, как лесной пожар, прожигая свой путь через здание Лексы, ускользая обратно в свои укрытия.

Лекса оглянулась, избегая взгляда Кларк. Она сжимала свои пухлые губы в твёрдой линии, гнев был очевиден в её глазах, прежде чем она вернулась в лифт. Кларк замерла, не зная, оставить её в покое или присоединиться к ней.

Если Рэйвен и Октавия были задержаны, разве Кларк не должна была быть с ними?

Это всё, что осталось от её прежней семьи, и она не могла их потерять.

Глаза Лексы поманили Кларк в лифт, и она придержала дверь, когда Кларк безмолвно вошла внутрь, прежде чем двери закрылись позади них.

Лекса ничего не сказала, стоя в жёсткой позе с прямой осанкой, взглядом прилипнув к дверям перед собой. Кларк знала, что именно она должна была вернуть Лексу из её внезапной вспышки власти.