Нас больше нет

— Все равно в душном прицепе тряслась бы в твоем обществе?

— Ну разве что это, — хмыкает Давид.

— Дамир искать меня будет. Он ведь за мной должен был пойти, — внезапно вспоминаю я, представляя, как он будет волноваться, когда нигде меня не обнаружит. — Боже, мне нужен телефон. Леонов, скажи, что у тебя есть телефон.

— Никаких телефонов, Лер, — строго чеканит он. Могу поспорить, напоминание о Железнове раздражает его. — Нам слежка ни к чему. А за Дамира не стоит так волноваться. Искать он тебя не будет.

— Конечно, будет, — с чувством возражаю я.

— Лера, как ты думаешь, каким образом я оказался в той комнате? — снисходительно спрашивает он, словно я маленький несмышленый ребенок.

Я замираю, шестеренки начинают крутиться.

— Ты ходил к нему в офис. Для разговора. Об этом вы говорили? Вы что, заодно? — сама в свои слова поверить не могу, но все на это указывает.

— Не совсем. Дамир предложил вывезти тебя из страны на его частном самолете. Я был против.

— Знаешь, а я вот сейчас совершенно не против. Мягкое кресло, кондиционер, шампанское, небось, по цене бриллиантов. А если серьезно, тебе не кажется, что это было бы рациональней?

— Вполне возможно, — не отрицает Леонов. — Но там не было бы меня.

— Тебе не захотели продавать билет? — ерничаю я.

— Дамир собирался самостоятельно обеспечивать твою безопасность в случае, если ты бы согласилась улететь с ним. Но я не доверяю ему.

— Мне никто ничего не предлагал, — фыркаю я.

— Уверена? Потому что мы с ним договорились, что ключ от той комнаты он отдаст только в том случае, если ты выберешь меня, а не его. Не думаю, что он так просто отступил, он был настроен серьезно.

— Вы что, поделить меня пытались? — Меня отчего-то злит этот факт.

— Всего лишь дали тебе право выбора. Тебе стоит поспать, Лера, — быстро меняет он тему. — Давай отложим разговоры на потом, когда обстановка будет более располагающей.

— Все ведь будет хорошо?

— Обещаю. — Он целует меня в висок, и от этой ласки на душе тепло становится.

— Ничего плохого не случится? — спрашиваю после непродолжительной паузы. Усталость дает о себе знать, мне уже не хочется ссориться, выяснять что-то. Спичка вспыхнула и сгорела. Остался лишь пепел. Сил ни на что нет. Еще и душно так, что я с удовольствием выбежала бы голышом в морозную погоду и нырнула в сугроб.

— С тобой ничего, — шепчет Давид. — С Дамиром из здания вышла девушка, похожая на тебя. Никто не знает, где ты. Утром в новостях объявят, что старшая дочь министра исчезла во время пожара в ночном клубе. Мы переждем, пока все уляжется, и ты снова вернешься к своей прежней жизни. Просто нужно подождать.

— Хорошо, — вздыхаю я и прикрываю веки. Опускаю голову на плечо Давида и чувствую, что начинаю засыпать. — Дай мне воды, все равно сейчас усну.

— Держи. — Давид находит в темноте мою руку, вкладывает в нее бутылку воды. — Только много не пей.