Фистула

Другая великая традиция, связанная с овладением памятью, – это, конечно же, ведение дневников. От знаменитых «Размышлений» Марка Аврелия через дневники писателей вплоть до блогосферы – мало что столь же важно для человека, как сохранение воспоминаний и возможность обращаться к ним в будущем. Но это обращение всегда сопровождалось преградой: перечитываем ли мы дневниковую запись, смотрим ли фотографии или видео, сделанные нами в момент значимого события, – мы никогда не испытываем всей полноты эмоций, не переживаем воспоминание заново.

В эпоху технологических революций преодоление этой преграды стало возможным. Это чувствовалось уже давно – впервые идея аппарата, возвращающего воспоминания в оригинальном виде, за много лет до изобретения самой технологии была описана Франтишеком Галкой – малоизвестным иутратившим актуальность подростковым писателем. Речь идёт о его новелле «Оформитель памяти». Приведём имеющий историческую ценность фрагмент этого неоконченного и неопубликованного при жизни автора текста:

«Т., самый молодой и, несомненно, самый талантливый сотрудник нашей конторы, встретил меня сегодня в состоянии небывалого волнения и тут же попросил о разговоре наедине. Конечно же, в обычных обстоятельствах я не собирался позволять юнцу ничего подобного, но всё-таки речь шла о человеке, чьей работой я очень дорожил и на кого возлагал большие надежды. <…> Так уж ибыть, тем же вечером, когда рабочий день для всех давно закончился, а я продолжал трудиться в поте лица, поскольку наша контора спасалась от банкротства усилиями всего лишь двоих сотрудников – меня и, конечно же, Т., – я всё-таки пригласил паренька в кабинет. «Отец, взгляните на эту вещь. Несколько месяцев я трудился над ней, не позволяя себе спать больше двух часов, и наконец она закончена. С помощью особой оптической системы она позволяет разглядеть не что иное, как собственное воспоминание». Не особо впечатлённый тем, на какую чепуху Т. тратит ценное время сна, я взял у него прибор, чёрную коробочку с двумя окулярами, приложил к глазам и попытался вспомнить что-нибудь приятное. Мне предстал мой мальчик, семи лет от роду, голенький иубегающий от меня в слезах.