В полдень, на Белых прудах
- Автор: Логачев Виктор Степанович
- Год: 1990
- Язык: русский
- Год: Донбас
- ISBN: 5-7740-0207-1
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «В полдень, на Белых прудах». Краткое содержание книги:
Читатель встретится как со знакомыми героями по «Излукам», так и с новыми персонажами.
— Хм, хм, — кашлянул вдруг Бродов. — Афанасий Львович, а чего так: Бес только из тюрьмы вернулся — и ему бригаду, а я, к примеру, всю жизнь на ферме скотником, горб наращиваю, как та Юркова могила, напротив которой наш кирпичный собираемся строить, и мне ни пряника, ни баранки, я что же, хуже Беса, так получается? А чего бы мне не возглавить эту бригаду, скажите?
По-над стенкой прошелестел смешок — ну, дает, ну, дает, Петр Бродов, как тот солдат из сказки, который для старухи со стариком из топора суп варил! Находчивый, оказывается, и разумный — вон как рассудил!
Председатель тоже усмехнулся.
— А чего вы, Афанасий Львович, улыбаетесь, чего вот улыбаетесь, — тотчас укорил того Бродов. — Я ведь не шучу, я серьезно.
— Ну, если серьезно, Бродов, — заговорил строго Каширин, — то ты свои возможности чересчур преувеличиваешь, стаж — еще не повод, чтобы тебя поставить во главе бригады.
— Простите, — уточнил Петр Бродов, — что же тогда повод?
Кто-то из сидящих, кажется, Венька Малышев, шикнул — да пусть сядет и успокоится, чего людям понапрасну мозолит глаза, надо дело как следует обговорить, нечего мешать.
Но Петр Бродов и не думал успокаиваться, огрызнулся в свою очередь:
— Не лезь поперед батька в пекло. Я слово держу, а ты соси палец в это время. У нас демократия, что желаю, то и говорю.
Малышев не выдержал, вскочил:
— Говоришь, демократия? Да, у нас демократия. Есть что сказать — не молчи, добивайся правды. Но то, что ты ляпаешь тут, знаешь, что это такое? Знаешь?
— Ну?
— Нет не знаешь. А я объясню: де-ма-го-гия!
— Чего, че-го-о? — нервно переспросил Петр Бродов и ехидно хихикнул: — Что, опять научное словечко, да?! А смысл? Каков его смысл, соображаешь?
— Ну не-ет, — возразил тому Малышев, — тут ты меня арканом не зацепишь, слово «демагогия» я знаю! Объяснить, а?
Каширин поднял руку:
— Стоп! Стоп! Товарищи, мы куда с вами собрались, мы что, на профсоюзном собрании, что ли? Но ведь и на профсоюзном собрании себя не ведут так. Надо в конце концов знать порядок и культуре нам с вами учиться. Ну что это такое? Собрались в кабинете председателя и сидим, как те старухи на лавочках, щелкаем семечки и препираемся! Прекратим эти разговоры! Делом займемся! Единственное: я хочу подчеркнуть, вернее, довести свою мысль до конца. Петр Ефимович задал вопрос: почему не он? Так вот, уважаемый Петр Ефимович, чтобы возглавить бригаду, необходимо обладать организаторскими способностями, у Чухлова как раз они есть, он это на практике подтвердил.
— Мы знаем, — снова злорадно выкрикнул Петр Бродов, — однажды он проявил себя!
— Вот и хорошо, Петр Ефимович, что знаете. Мы тоже, — добавил Каширин, сглаживая ситуацию. — Итак, продолжим наш разговор… — И совещание вошло, наконец, в нужное деловое русло.
Глава тринадцатая
В разбавинский райисполком Прокин приехал по разным делам, но было у него и свое, если так можно сказать, личное. По этому личному он и хотел встретиться со вторым секретарем райкома партии Юлием Кузьмичом Гнездиловым. С ним Прокина связывала давняя дружба. Одно время Гнездилов работал инструктором в РИКе и как-то приехал в Кирпили с важной особой, как потом выяснилось, председателем райпотребсоюза Морышевым Гавриилом Акакиевичем, Гнездилов того звал просто Гавриилом. Так вот Гнездилов, прикатив в Кирпили, сначала съездил в степь, затем — на Юхимку. Вернулся — к Прокину: мол, так и так, нужна его помощь. Пожалуйста, о чем речь! Прокин в доску разобьется, а таких людей, как они, в беде не оставит, еще чего! Оказалось, гости — заядлые охотники. Вот они и нацелились на Юхимке пострелять дичь. Прокин — широкий жест: вопрос решен, никаких гвоздей, пусть считают, вся дичь, которая есть там, в их кармане! Гнездилов и Гавриил обрадовались. Однако тут же снова с просьбой: им нужна хорошая закусь — будет их двое, Гнездилов и Гавриил, и еще две женщины. Прокин — человек взрослый, должен, естественно, понимать: мол, работа на измор, надо иногда и отойти от нее, немного развлечься. Прокин улыбнулся в ответ: дело естественное, житейское, он, когда выпадала такая возможность, сам не промах. Э-э, чего там! Было, было времечко — погулял он славненько, есть о чем вспомнить! В общем, он пообещал все сделать, как надо, по большому счету, как в больших домах и на больших улицах больших городов. И сделал, в грязь лицом не ударил, к этому подключил еще одного человека, от которого зависела та самая «закуска». И Гнездилов, и Гавриил остались тогда довольны. Прокин ими тоже, ибо они в благодарность жене его привезли хрустальную вазу, дорогую причем. Жена увидела — ахнула: откуда муж взял ее?! Ей же цены нет. Прокин еще удивился такому замечанию. Как, сказал он, нет цены, неправда, вон пусть получше глаза разует, зрачки расширит — этикетка на донышке: триста шестьдесят восемь рэ! Во! Жена на это не обратила внимания, она любовалась вазой — ну, ваза, ну, ваза, будто из музея! Но не забыла, опять поинтересовалась: где ее взял муж и откуда у него появились такие большие деньги? Прокину это уже не нравилось. Он сказал: сейчас же заберет вазу и унесет обратно, ежели жена станет донимать дурацкими вопросами. Жена и унялась.