В полдень, на Белых прудах

— Слушай, Петр, — взмолился Ванька, — помолчи хоть раз, не лезь ко мне. Тебя к председателю вызвали? Вот стой и жди его. А я тоже ждать буду.

— Что, молча? Вот так стоять и ждать? — Петр Бродов будто ничего не слышал.

— Да, молча.

— Интересно!..

— Слушай, Петро, — вмешался Венька Малышев, — а ты и правда оставь в покое человека, он тебя не трогает, и ты его не трогай.

Это на Петра Бродова подействовало.

Ванька благодарно посмотрел на Малышева — тот заметил его взгляд, подморгнул: не дрейфь, мол, не таких сворачивали, живы оставались, с этим как-нибудь справимся. Ванька и раньше знал, что Малышев ему симпатизирует — и жалеет, и уважает его.

То, что с Бродовым он с первых минут начнет цапаться, следовало ожидать. Но Ваньку сейчас другое беспокоило — уже скоро восемь, а Лени все нет. Неужели парнишка передумал, а? А так ему хотелось помочь. Ванька понимал: берет его на свою ответственность — как-никак работа трудная, сложная, с ней не любой справится, может спасовать. А коль так, за ним, за Леней, нужен будет глаз да глаз — зачем и до крайности, к примеру, доходить, чтобы парнишка переутруждал себя. Он, если пойдет в бригаду, станет, конечно, из кожи вон лезть, чтоб оправдать доверие, которое ему оказали, вот тут-то и не упустить этого момента и парнишку вовремя предостеречь.

Ванька поглядывал на часы — стрелки приближались к назначенному времени, а Лени не было и не было. Значит, передумал, решил он, или же отсоветовала ему мать. Может, она права, подумал Ванька.

Вскоре к правлению подъехал «газик», из него легко, будто на тренировке, выскочил Каширин.

— Бригада «ух-х»? — бросил он на ходу.

— Работает до двух! — добавил Петр Бродов и хохотнул.

— А дальше что? — Каширин приостановился.

— Чаи гоняет, Афанасий Львович, — продолжал Петр Бродов, — а чего еще делать в рабочее время?

Каширин хитровато посмотрел на него.

— Э-э, э-э, — погрозил пальцем, — кое-кто находит, что делать, смекалка имеется, — но тотчас переменил тему. А через минуту пригласил всех к себе в кабинет.

Кроме приглашенных присутствовали еще зампред Матекин, секретарь партбюро Валерий Анатольевич Краев, бухгалтер колхоза Карандашев, словом, все, кто должен быть причастным к строительству кирпичного завода.

Каширин сидел за столом, остальные — по-над стенкой.

Он осмотрел присутствующих:

— Собрались все?

Ванька поднял руку:

— Лучнева нет из Заречного, задерживается.

— Задерживается, говоришь? Это плохо. Задержаться я могу где-нибудь, я — председатель, а любой другой — опаздывает. Это плохо, — еще раз подчеркнул Каширин. — Ну ладно, на первый раз, так и быть, простим, тем более он молод, так?

— Так, так, — поддакнул Ванька.

— Ну что, товарищи, начнем наше совещание. — Каширин поднялся. — Вот мы и дожили до той минуты, когда переходим к конкретному действию. Вы, наверное, все знаете, что колхоз планирует сооружение своего кирпичного завода. Вопрос этот назревал давно, давно бы уже и завод иметь надо было, но не вам объяснять, почему с ним затягивалось: ассигнования, оборудование, ну и прочее и прочее. В общем, проволочек у нас было уйма. Однако теперь, к счастью, дело сдвинулось с места; и деньги, и оборудование появились, в настоящий момент приступаем к строительству. Для начала создадим бригаду, а возглавит ее Иван Иванович Чухлов. Остальные члены бригады… — и председатель колхоза перечислил всех поименно.