Тьма в конце тоннеля. Обмен Райнеманна. Человек без лица.

— Нам ничего… не остается, как бежать, — заговорил второй. — Социалистический политик моего друга был… непопулярный. А моя покойная жена была… еврейка.

— Детей нет?

— Найн, готт зель данк. И слава богу.

— А мой один сын, — холодно сказал ученый повыше, — в гестапо.

«Дальше расспрашивать не стоит», — подумал Сполдинг и повернулся к проводнику:

— Теперь их поведу я. Скорее возвращайся на четвертую явку. Из Кобленца через несколько дней выйдет большой отряд перебежчиков. Понадобятся проводники. А тебе нужно успеть отдохнуть.

Проводник заколебался.

— Я не имею права. Я должен оставаться с вами…

— Почему?

— Мне приказали…

— Кто?

— В Сан-Себастьяне. Герр Бержерон и его люди. Разве вам не сообщили?

Дэвид заглянул проводнику в глаза. «От страха он врет неубедительно, — подумал Сполдинг. — Или тут скрывается что-то еще?»

Дэвид попытался объяснить поведение проводника тем, что нервы у парня были на пределе. Объяснить, но не оправдать. Истина выяснится позже.

— Нет, не сообщили, — ответил он. — Пойдемте. Двигаться будем к лагерю «Бета». Там и заночуем.

— Так далеко на юг я еще не заходил, — заметил проводник, шагая вслед за Дэвидом. — А по ночам вы разве не передвигаетесь?

— Иногда, — ответил Дэвид и взглянул на ученых, которые шли бок о бок. — Если нет другого выхода. Ведь по ночам баски стреляют в кого попало и спускают собак.

— Понятно.

— Лучше идти гуськом. Передайте это нашим гостям.

Так они прошли несколько миль на восток. Сполдинг шагал довольно быстро; пожилые ученые не жаловались, но чувствовалось, что им трудно. Несколько раз Дэвид останавливал людей, ненадолго заходил в лес. Ученые тем временем отдыхали. Они принимали остановки с радостью. В отличие от проводника. Тот, казалось, всякий раз опасался, что американец не вернется. Сполдинг ничего не объяснял, и однажды молодой немец не выдержал:

— Что вы там делаете?

Дэвид взглянул на него и улыбнулся:

— Собираю донесения.

— Донесения?

— По всему нашему маршруту разбросаны тайники. Через них мы пересылаем информацию, которую нельзя передать по радио.

Они шли по узкой лесной тропинке. Наконец лес кончился, в долине, окруженной холмами, показался луг. Ученые вспотели, задыхались. Они уже едва передвигали ноги.

— Отдохнем немного, — сказал Сполдинг к видимому облегчению немцев. — Все равно мне здесь надо встретиться со связным.

— Что такое? — спросил парень. — Со связным?

— Уточнить маршрут, — объяснил Дэвид и вынул из кармана металлическое зеркальце. — Отдыхать можно лишь тогда, когда знаешь, где находишься…

Дэвид направил солнечный зайчик на один из холмов, ритмично поводил рукой с зеркальцем.

В ответ в зеленой чаще несколько раз вспыхнула ослепительная точка. Дэвид обернулся и сказал всем: