Тьма в конце тоннеля. Обмен Райнеманна. Человек без лица.
- Автор: Годи Джон, Ладлэм Роберт
- Год: 1992
- Язык: русский
- Год: Днепркнига
- ISBN: 5-89975-031-6 (т.10), 5-89975-021-9
- Переводчик: Ю. Мельник
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Тьма в конце тоннеля. Обмен Райнеманна. Человек без лица.». Краткое содержание книги:
Иллюстрации художника О. В. Дергачева.
— Так ради чего затевалась эта встреча?
— Я доберусь и до этого. Важно описать обстановку.
— Хорошо, продолжайте.
— Никаких спекуляций на алмазной бирже не замышлялось. И швейцарский банк был здесь ни при чем. Просто концерн «И. Г. Фарбен» хотел приобрести крупную партию алмазов.
— Промышленных? — уточнил Свонсон. Пейс кивнул.
— Немец предложил своему приятелю за помощь в заключении сделки целое состояние. Африканер отказался, однако о происшедшем никому не сообщил. — Пейс положил указку и вернулся к столу. Свонсон понял, что у полковника есть дополнительные сведения, изложенные письменно. Именно к ним Пейс хотел обратиться. Генерал сел рядом с Вэндаммом.
— А три дня назад с африканером связались снова, — продолжил Пейс. — На этот раз немцы свою национальность не скрывали. Позвонивший африканеру человек прямо назвался арийцем и заявил, что имеет ценную для союзников информацию. Ту, что мы давным-давно хотим заполучить.
— Ответ на запрос о гироскопах? — спросил Свонсон, голосом выдав свое нетерпение.
— Не совсем такой, на который мы рассчитываем. Немец согласился встретиться с африканером, но предупредил, что себя обезопасит. Он заявил бывшему директору, что если его попытаются задержать, приятеля африканера, который работает в «И. Г. Фарбен», казнят в гестапо. — Пейс взял со стола лист бумаги и протянул его Свонсону со словами: — Вот что нам передали из Йоханнесбурга.
Свонсон прочел напечатанное на бланке Военной разведки. Под большим штампом со словами «Совершенно секретно» было следующее:
«28 ноября 1943 г. Подтверждено «Нахрихтендинст». В Германии разработаны субстратосферные навигационные гироксопы. Выдержали все испытания. Изготовляются в Пенемюнде. Первый контакт — Йоханнесбург. Второй — Женева».
Свонсон перечитал донесение несколько раз, дал себе время усвоить текст. Потом спросил Пейса:
— При чем здесь Женева?
— Это способ связаться с нами. На неофициальном уровне, конечно. Нейтральный канал.
— А что такое, — Свонсон заглянул в бумагу, — «Нахрихтендинст»?
— Разведслужба. Небольшая, специализированная. Засекречена так, что даже не все высшие немецкие военачальники знают о ней. Подчас она изумляет нас. Кажется, будто ее люди больше наблюдают, чем действуют. Ее сильнее интересует не происходящее сейчас, а то, что будет после войны. По-видимому, руководит ею Гелен. Сведения, подтвержденные ею, всегда стопроцентно верны.
— Понятно. — Свонсон протянул бумагу Пейсу. Полковник не взял ее. Вместо этого он обошел стол, сказал: «Здесь я оставляю вас, джентльмены. Когда закончите беседу, нажмите белую кнопку на столе», и вышел из кабинета. Тяжелая металлическая створка захлопнулась за ним. Щелкнул замок.
Фредерик Вэндамм посмотрел на Свонсона и сказал:
— Вот ваше спасение, генерал. Ваши гироскопы. Их секрет хотят продать. Нужно лишь послать человека в Женеву.
Четвертое декабря 1943 г. Берлин
Альтмюллер не отрывал взгляда от документа в руках. Было уже за полночь, Берлин давно погрузился во тьму. Столица только что перенесла очередную безжалостную бомбежку и до утра налетов наверняка не будет. Но плотные черные занавески все же закрывали окна в кабинете Альтмюллера. Как и во всем министерстве.
Теперь все решала быстрота. Однако в спешке нельзя было забывать об осторожности. Встрече с американцами в Женеве суждено стать лишь первым шагом, прелюдией, но и ее нужно сыграть с умом. Неважно, что сказать, важно, кто это скажет. Суть может передать любой с достаточным опытом и авторитетом, но на случай падения Германии этот «любой» не должен олицетворять Третий рейх. Здесь Шпеер был непреклонен.
И Альтмюллер понял: если Германия проиграет войну, клеймо предателей не должно пасть на рейхсминистров. Или на тех, кто возглавит страну после поражения. Ведь в 1918 году после подписания Версальского договора Германию захлестнула волна братоубийственных обвинений. Межа раздора пролегла глубоко, народ просто сходил с ума от того, что его предали, и это подтолкнуло немцев к фанатизму двадцатых. У них не хватило сил признать крах своих устремлений, смириться с лицемерием правительства, растоптавшего национальные идеалы. Теперь все в прошлом. Но избежать его повторения нужно во что бы то ни стало. Шпеер был непреклонен и здесь.