Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере
- Автор: Фёльдеш Петер
- Год: 1977
- Язык: русский
- Год: Издательство политической литературы
- Переводчик: Нина Марковна Подземская
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере». Краткое содержание книги:
На Всевенгерском съезде советов Ландлер назвал ничтожным, подлым этот второй Будапешт. И открыто бросил ему в лицо: «Когда речь идет о пролетарской диктатуре и власти рабочих, нам нельзя забывать, что мы должны презирать и преследовать ту прослойку пролетариата, которая стремится занять место прежней аристократии, позоря пролетарскую диктатуру». Чтобы не скатиться на дно пропасти, надо избавиться от таких попутчиков.
Но как от них избавиться? От оппортунистов из бывшей социал-демократической партии, разложившихся после прихода к власти. Необходим раскол. Разделение партии. И к этому выводу вынужден был прийти он, Ландлер, боровшийся за единство партии не только в марте, но и позже.
Но единство — это иллюзия, на самом деле удалось добиться не единства, а лишь объединения двух партий. В июне на I партийном съезде пытались восторжествовать центристы и правые социал-демократы, которые в март шли на все, лишь бы коммунисты, из-за них в свое врем попавшие в тюрьму, помогли им добиться власти; после того как в мае упрочилось положение Советской республики, они почувствовали почву под ногами. Шумный спор о том, как называться партии, коммунистической или социалистической, явился, конечно, только поводом для разрыва. Центристы и правые собирались исключить из руководства всех коммунистов, которые не хотели подчиняться социал-демократическому «большинству». В марте, встав на коммунистическую платформу, они вошли в объединенную партию. А теперь, когда они показали свое подлинное лицо, разве можно было, соблюдая интересы пролетарской диктатуры, считать их настоящим большинством в объединенной партии? Обнаружившиеся противоречия были сглажены на съезде предложением назвать партию «социалистическая-коммунистическая». Но готовился заговор, и Ландлер вмешался. Он всячески убеждал своих прежних товарищей. И не безуспешно. В конечном счете ему помог не собственный авторитет, не вескость обильных доводов, а единственный бивший прямо в цель вопрос: готовы ли они отвечать перед взявшимися за оружие, сознательными рабочими за вытеснение коммунистов из партийного руководства. Это было после ряда побед в Северной кампании. Кто бы осмелился тогда бросить вызов авангарду пролетариата? Так удалось избежать открытого раскола.
Практически после июньского съезда ослабла сила венгерской пролетарской диктатуры; расколотая партия стала неспособна выполнять свои подлинные задачи. Коммунисты пытались втайне создать свою, новую партию, но попытка не увенчалась успехом. При мысли о расколе сердце Ландлера обливалось тогда кровью.
Теперь он уже перестал из-за этого страдать. Надо уметь учиться на суровых уроках жизни, потому что одним желанием ничего не добьешься. Повторение второго мая немыслимо, если не будет создана бескомпромиссная, однородная коммунистическая партия.
Но такую партию надо создать за несколько дней. После многих разочарований хватит ли для этого веры у лучших представителей пролетариата? Хватит ли энергии, чтобы повлиять на общественное мнение?
«Вот от чего зависит наше возрождение, — промелькнуло у него в голове. — Вот в чем сейчас главный вопрос».
До сих пор будущее представлялось ему нелегким, но ясным, и вдруг его охватила смутная, необъяснимая тревога. Нахмурившись, оцепенело смотрел он на мелькавшие вдоль рельсов серые дома Будапешта.
На вокзале его ждал автомобиль.
— На заседание Совета рабочих! — еще издали крикнул он шоферу.
Тот запустил мотор и, не глядя в лицо Ландлеру, пробормотал:
— Товарищ Кун ждет вас в Доме Советов.
— А заседание?
— В три часа началось и давно уже кончилось. Теперь Ландлер почувствовал какую-то неведомую опасность, ему стало нечем дышать. Тщетно он вглядывался в лица прохожих, — город и его обитатели как будто не изменились. У входа в Дом Советов по-прежнему стояли бойцы-ленинцы. Их было даже больше, чем прежде, почти полвзвода.
Куна в вестибюле окружало плотное кольцо взбудораженных людей. Ландлер стал пробираться к нему сквозь толпу.
— Наше контрнаступление началось успешно. Красная армия вступила в Солнок! — крикнул он Куну.
Даже слишком громко крикнул, словно защищаясь от чего-то. Весь вестибюль должен был его слышать, но никто не обратил внимания на его слова…
Кун быстро повернулся к нему; лицо у него было смуглое: он загорел под июльским солнцем, выступая с речами на фронте и за линией фронта, стараясь воодушевить павших духом солдат. Из-за бесконечных выступлений (споров на бурных вчерашних совещаниях и пылкой прощальной речи, произнесенной только что на Совете пятисот[32]) он охрип и говорил едва слышно.
32
Так называли Совет рабочих и солдат, состоявший из пятисот представителей.