Патриарх Кирилл. Биография. Юбилейное издание к 75-летию со дня рождения

Изучив равеннский документ, Русская Церковь не согласилась с ним в той части, где речь идет о соборности и примате на уровне Вселенской Церкви, а именно — о распространении канонической власти Римского епископа на его отношения с главами других Поместных Церквей. В принятии такого документа Константинопольским Патриархатом прослеживалось желание заявить о своем первенстве в православном мире.

Экклезиологическая позиция Константинополя характеризуется претензиями на существенные властные полномочия во Вселенском Православии. Критерием принадлежности любой Церкви к православному миру предлагается считать ее отношения с Константинопольским Патриархатом (наличие или отсутствие общения). Архиерей или клирик, находящийся за пределами территории своей Поместной Церкви, как бы автоматически попадает в юрисдикцию Константинопольского Патриархата (следовательно, принятие такого священнослужителя в константинопольскую юрисдикцию может происходить без ведома рукоположивших его архиереев, без отпускной грамоты и помимо воли его священноначалия). Константинопольский Патриархат устанавливает границы Церквей, а в случае, когда его точка зрения по данному вопросу не совпадает с мнением той или иной Церкви, имеет право действовать по собственному усмотрению. Константинопольский Патриархат может единолично определять состав участников в межправославных мероприятиях.

Неканоничность и историческая необоснованность этих узурпаторских представлений, их опасность для межправославных отношений не останавливают Константинопольский Патриархат в его систематических попытках реализовать эту позицию в том или ином виде в разных регионах (например, в Эстонии или в ЕС, где иерархи Константинопольской Церкви, по мнению ее руководства, должны представлять интересы всех православных в отношениях с правительствами, другими конфессиями, государственными и межконфессиональными организациями).