Прощание с ангелами
- Автор: Гайдучек Вернер
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Прогресс
- Переводчик: Софья Львовна Фридлянд
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Прощание с ангелами». Краткое содержание книги:
Лицо оставалось спокойным лишь тогда, когда она рисовала.
— Почему вы не хотите уехать туда?
— Вы этого не поймете.
Он не испытывал охоты вдаваться в долгие объяснения, почему да отчего он передумал. Она и без того слишком много о нем знала. О его сомнениях, о его раздумьях. Когда люди живут так близко, трудно что-либо скрыть друг от друга. Она, должно быть, не может понять, почему он все откладывает срок своего ухода из ее квартиры. А может, она слышала его спор с Кёлером.
«Я останусь здесь».
«Она не против. После того как подвел Халлер, у нас, собственно, и нет другого выхода».
«Ты меня не понимаешь. Я хочу сказать, что вообще останусь здесь. Я туда не уеду».
Поначалу Кёлер решил, что у него просто-напросто сдали нервы. И притворился, будто не расслышал.
«Итак, ты пробудешь здесь еще два дня. А дальше все пойдет, как уговорено. Грузовик отвезет тебя в Рапфинген. Там пересядешь в конный фургон».
«Я же сказал тебе, что останусь здесь».
И тут Кёлер взорвался, кричал про недисциплинированность — так он выразился, — проклинал, обзывал самоубийцей.
«А я смотрю на это по-другому».
«Должно быть, ты из-за Халлера принял это дурацкое решение».
Но дело обстояло не так просто. Измена фон Халлера только дала толчок тому, что назревало в нем со дня побега. Может, он и согласился бы перейти границу, случись это сразу, непосредственно после побега. Наверняка даже. Тогда в нем еще не было силы внутреннего сопротивления, была только ужасная усталость, и он одобрял решительно все, что предлагали товарищи. Постоянное кочевье — из дома в дом, из квартиры в квартиру отняло у него оставшиеся силы, и лишь у этой женщины, у этой непонятной ему женщины, которая сейчас сидит перед ним на корточках, — «Почему вы не хотите уехать туда?» — за неделю пребывания здесь он снова обрел самого себя. Он снова начал постигать, что совершается в нем и вокруг него.
«Ты деконспирирован. Надеюсь, тебе понятно, какому риску ты себя подвергаешь, не говоря уже обо всех остальных?»
Все доводы Кёлера он уже сам продумал и передумал. Отныне руководство не сможет доверять ему никаких функций, это ясно. И все-таки покидать страну было бы ошибкой. Товарищи должны это понять. То, что он намерен сделать, — это не прихоть, не разгулявшиеся нервы. Оставаясь, он рискует всем, что у него есть, — рискует жизнью. Но дело не в том, чтобы просто жить, жить надо так, чтобы твоя жизнь приносила как можно больше пользы.
«Ох, Карл, пожалеешь…»
«А что, если, покинув страну, я окажу услугу тем, против кого мы боремся? Они избавятся от меня. Ты представь себе, они опубликовали воззвание: «Все коммунисты могут беспрепятственно проследовать к границе. Заказными автобусами. Бесплатно. Операция под названием «Мирное урегулирование противоречий, неизбежных в классовом обществе».
Женщина вышла из комнаты. Он слышал, как она громыхает на кухне тарелками и кастрюлями. Несправедливо он накричал на нее. Поняв это, он последовал за ней на кухню.
— Вы считаете, я неправ, что хочу остаться?
— Я считаю, что вы не можете поступить иначе.
Вечером Кёлер принес решение руководства.
— Остаешься здесь, — сказал он.
Вот какое странное открытие сделал Макс: перед лицом смерти человек меньше всего думает о смерти, он воспринимает мелочи, которые заслоняют от него существенное. Даже сама смерть и та не в силах избавить человечество от главного заблуждения — отдавать свои помыслы несущественному.
Около полудня они поехали кататься на лодке. Отплыв довольно далеко от берега, они отдались на волю волн, убаюканные солнцем, чувством одиночества, видом далеких Альп. Макс уснул, лежа на дне лодки, а когда проснулся, увидел снежные вершины Сентиса и Альтмана, вплотную подступившие к озеру. Это зрелище его испугало.
— Надо поворачивать, Франц. Будет буря.
Франц лежал на носу лодки, свесив ноги в воду.
— Струсил?
Он предоставил Максу выпутываться самому, поворачивать лодку, выруливать на юго-запад, к берегу. Но внезапно резким движением, от которого лодка чуть не опрокинулась, он выпрямился, подобрал ноги и заработал веслами в противоположном направлении. Сперва Макс думал, что Франц просто шутит, из мальчишеского задора, из желания доказать старшему, какой он сильный. Между ними завязалась безмолвная ожесточенная борьба, хотя ни один не проронил ни слова. Несколько минут лодка совсем не двигалась, потом начала легонько вращаться. Макс первый опустил весло. Ладони горели, руки повисли как плети, не поднимешь.