Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего
- Автор: Черная Людмила Борисовна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1650-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего». Краткое содержание книги:
«Теперь мне 103. Вышли в свет две мои толстые книги. Пишу третью, хотя не уверена, допишу ли. Когда работаю, рука не дрожит. А когда раз в три месяца помощница Лена привозит меня в Сбербанк и надо расписаться за пенсию, руки начинают дрожать… Чудеса…»
Возможно, разгадка удивительной душевной молодости Людмилы Чёрной — в ее захваченности, очарованности жизнью и в самодисциплине. Высказываемые в книге суждения и оценки порой звучат вызывающе остро — тем интереснее знакомиться с образом мыслей автора и ее восприятием текущих событий. Перед нами не только свидетельство ровесницы «короткого XX века», но и, по выражению Н. С. Лескова, феномен «уходящей натуры».
Людмила Чёрная (р. 1917) работала журналисткой-международницей, переводила художественную литературу (Г. Бёлль, Э. М. Ремарк, А. Дёблин, Ф. Дюрренматт). Вместе с мужем, историком Д. Е. Меламидом, исследовала нацистский режим в Германии и написала книгу о Гитлере «Преступник номер 1». Издала в «НЛО» книгу мемуаров «Косой дождь» (2015) и публицистический сборник «Записки Обыкновенной Говорящей Лошади» (2018).
Ну, а теперь вернемся к относительно благополучным временам, когда Гражданская война уже закончилась, первый голодомор тоже позади и дедушка Ленин, он же Володя Ульянов, провозгласил НЭП.
По замыслу большевиков, НЭП должен был стать передышкой, чтобы укрепить ряды перед новым скачком, прыжком, броском, рывком к коммунизму. И одновременно его ввели, чтобы народ немного отъелся, — так, по крайней мере, мне кажется.
Утром у нас дома белый хлеб с маслом и яичница. Я пью молоко. И обед из трех блюд. Красота!
И, видимо, большевики-марксисты питаются не хуже меня и моих родителей и тут же начинают сочинять новую историю, новую политэкономию и главное — великую науку (или псевдонауку?) под названием «марксизм-ленинизм».
В связи с этим в язык хлынул поток слов, кончающихся на «-изм». Ведь научная (или псевдонаучная) подоплека учения Ленина была почерпнута из иностранных источников. Учение марксизма-ленинизма родом из Западной Европы. Неудивительно, что в партийный обиход в России вошли слова: марксизм, социализм, коммунизм, гуманизм (буржуазный), ревизионизм (не дай бог!), волюнтаризм, эмпириокритицизм, шовинизм (великодержавный), индивидуализм и т. д. и т. п.
Сам Сталин не удержался и обогатил слова на «-изм» отвратительным словом «наплевизм».
Позже и советские писатели внесли свой вклад: придумали соцреализм — единственный метод для написания художественных произведений в настоящем и будущем.
В 1920-е появилось и множество слов с окончанием «-ция». Интервенция, эксплуатация, депортация (вместо высылка), эмиграция, конфедерация, узурпация (вместо захват), конфискация-экспроприация (вместо грабеж среди бела дня), эволюция и т. д. и т. п. И наконец, электрификация. По мысли Ленина, «электрификация плюс советская власть» должны были привести нашу страну прямехонько к коммунизму. Не привели, но зато, возможно, надоумили Сталина попытаться осуществить эту мечту с помощью другого слова с окончанием на «-ция» — а именно, с помощью индустриализации.
Однако, мы все еще в 1920-х — лучезарных, нэповских. Тогда огромное значение приобрело и слово «интернационал».
«Интернационал» был наш гимн: «С Интернационалом воспрянет род людской!» И «интернационал» — международные организации.
Интернационалы-организации отличались друг от друга номерами. Первый Интернационал был создан еще в XIX веке самими основоположниками (тоже красивое слово!) Марксом и Энгельсом. Стало быть, он считается правильным, хотя в ннм мутили воду прудоновцы (последователи Прудона) и бакунинцы (последователи Бакунина).
В 1923 году возник явно неправильный Второй Интернационал. Одним из его заправил был некий Эдуард Бернштейн. И этот Бернштейн додумался до того, что провозгласил, будто «движение — все» (в смысле — борьба за улучшение жизни трудящихся), а «конечная цель» (то есть социализм) — «ничто».
И вот нерадивые помощники и референты нашего, тогда еще молодого, президента Владимира Путина ввели его в заблуждение, и он как-то заявил (сама слышала по телику), что «Бронштейн» — заметим, не Бернштейн, а Бронштейн — сказал глупые слова, будто движение важнее, чем цель. Но Бронштейн — это настоящая фамилия Троцкого, отчаянного левака, который вместе с Лениным осуществлял революцию и презирал движение за права трудящихся, как оппортунизм…
Почему я всю вину за президентский ляп возлагаю исключительно на референтов и помощников? Да потому, что не царское это дело — разбираться кто Бернштейн, а кто Бронштейн…
Однако вернемся к Интернационалам. Второй (вредный) Интернационал сплошь состоял из бернштейновских социал-демократов («социал-предателей», по-нашему) и даже из «охвостья». Примерно тогда же и возник Двухсполовинный Интернационал — его назвали также «Бернским». В 1930-е он слился с Венским Интернационалом и вскоре прекратил свое существование. Наконец, в 1930-е троцкисты организовали свой — Четвертый — Интернационал. Явно негодный. Но и он вскоре испустил дух.
Зато правильный, положительный Третий Интернационал, созданный еще в 1919 году в Советской России под именем Коминтерна (Коммунистический Интернационал) превратился в могучее, огромное, чрезвычайно важное, хотя и затратное, учреждение с щупальцами во всех странах и на всех континентах. Сотрудники этого Интернационала были и агентами влияния, и нелегалами-шпионами, и резидентами. Что там ГРУ, КГБ и прочие подобные «конторы»!
Коминтерн просуществовал четверть века, пока его в 1943 году не прихлопнул за ненадобностью сам Сталин. Вождь тогда решил строить не социализм-коммунизм в мировом масштабе, а собственную Империю — нечто вроде супердержавы, которую следовало бы назвать Сталинская Матушка Русь.