Возвышение Королевы [ЛП]

— Что, черт возьми, это должно означать?

— Это значит, что вы можете потерять ее раз и навсегда.

Мое дыхание становится резким и прерывистым, когда я сопротивляюсь желанию ударить Харриса по чванливому лицу.

— Этого тоже не произойдет.

— Так будет, если только...

Я пристально смотрю на него.

— Если только что?

— Если только вы не дадите ей пространство. Если вы хотите, чтобы она добровольно вернулась к вам, тогда вам следует оставить ее на некоторое время в покое.

— Сколько времени это «некоторое время»?

— Столько, сколько потребуется.

— Что, если она никогда не вернется?

Он вздыхает и снова поправляет очки.

— Тогда лучше отпустить ее.

Отпуститьее.

Я знаю, что это значит, и, несмотря на мое мрачное настроение, я признаю, что это, вероятно, лучший вариант для нее.

Но как, черт возьми, я могу отпустить ту частичку себя, которую я наконец нашел?

Глава 26

Аврора

Следующая неделя проходит как в тумане. Это самый долгий период в моей жизни.

Отчасти это связано с предстоящим испытанием и неминуемой гибелью повторной встречи лицом к лицу с моим отцом. Мы с Аланом практиковались в том, что я должна и не должна говорить, как я должна реагировать и даже что я должна носить.

Мой адвокат уверен, что обвинению нечего мне предъявить, но я могу сказать, что он опасается, как бы другой адвокат не вытащил что-нибудь из своих рукавов.

Однако не это беспокоит меня больше всего. Причина, по которой я не в духе, в основном из-за холодного отношения Джонатана ко мне в последнее время.

Он больше не сажает меня к себе на колени, хотя и бросает суровый взгляд, чтобы я ела. Он готовит мне ванны, но не остается, когда я их принимаю. Он приносит мне еду, но не задерживается. Он в курсе всех моих встреч с Аланом, но не говорит со мной о суде.

Джонатан со мной не разговаривает. Полное молчание.

Когда на днях у нас был семейный ужин, он хранил не разговаривал, слушая, как Эйден и Леви бросают друг в друга колкости. Он не остался на их обычную партию в шахматы, и как только трапеза закончилась, направился прямо в свой кабинет.

Эльза и Астрид спросили меня, не случилось ли чего, и Эйден ответил, что возвращается старый Джонатан, которого все узнают.

Он не вернулся весь тот вечер и остался на ночь в своем кабинете. Сейчас он часто так делает, проводя всю ночь в своей компании с Харрисом и обычно уставшим Мозесом.

Вначале я думала, что фаза пройдет, и он в конце концов вернется к тому Джонатану, которого я знаю, — человеку, к которому я привыкла. Увы.

Теперь, всякий раз, когда Итан оказывается в поле зрения, или один из парней говорит что-то обо мне или мне, он, не колеблясь, отчитывает их, но его внимание никогда не направлено на меня.

Я ненавижу то, что я почти не могу больше спать — если вообще могу. Кровать кажется такой холодной и пустой без него. Раньше ночное время было моим любимым, но теперь я боюсь его, как ничего другого. Это значит, что я пойду домой и буду спать без него. Это значит, что я буду продолжать наблюдать за дверью, ждать, когда она откроется, а потом засну со слезами на глазах, когда этого не произойдет.