Сочинения в трех томах. Том 3
- Автор: Гарт Френсис Брет
- Год: 1998
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА—Книжный клуб
- ISBN: 5-300-02141-5 (т. 3), 5-300-02138-5
- Переводчик: Нина Александровна Бать
- Жанр: Прочая поэзия
Электронная книга - «Сочинения в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
В третий том Сочинений вошли не только рассказы признанного мастера, но и несколько его литературных пародий, а также образец поэзии — баллада, посвященная знаменитому плаванию Василия Резанова в Америку.
— Но, — огорченным тоном говорил незнакомец, как бы продолжая оправдываться, — если Барстоу знал, кто ты такой и чем ты занимался, и все же считал, что ты можешь взяться за это и как следует вправить мозги здешним парням и ребятишкам, какое тебе, к черту, дело до того, узнают о тебе другие или нет, раз Барстоу за тебя?
— Я ведь тебе объяснил, Дик, — ответил Твинг хмуро.
— A-а, эта учительница!
— Да. Она святая, она ангел. Больше того, она леди, Дик, до кончиков ногтей и о жизни знает не больше, чем видно из кабинета священника. Она доверилась мне сразу, без единого слова, когда попечители пялили глаза и шарахались в сторону. Она никогда не спрашивала о моем прошлом, и теперь, когда она узнает, кто я, она меня возненавидит.
— Но послушай, Джим, — с волнением сказал незнакомец. — Я скажу, что это ошибка. Я приду сюда и извинюсь перед тобой в ее присутствии. Я скажу, что принял тебя за другого, я…
— Поздно, — уныло отозвался Твинг.
— Что же ты будешь делать?
— Уеду.
Они подошли к двери в сад. К великому ужасу миссис Мартин, Твинг не последовал, как она ожидала, за незнакомцем, а, пожелав ему спокойной ночи, с угрюмым видом вошел в класс. Постояв мгновение, он бросился на скамью и, закрыв лицо руками, уронил голову на парту, как самый настоящий школьник. Какие мысли пронеслись в уме миссис Мартин, я не знаю. Минуту она сидела прямо и неподвижно. Затем тихо встала и легко, как тень угасающего дня, проскользнула туда, где он сидел.
— Миссис Мартин! — воскликнул он, поднимаясь.
— Я слышала все, — тихо произнесла она. — Я ничего не могла поделать. Я была здесь, когда вы вошли. Но я хочу вам сказать, что мне достаточно знать вас таким, каким вы мне казались… каким вы здесь всегда были… твердым и верным долгу, который возложили на вас те, кто знал о вас все.
— Правда? А вам известно, кто я такой?
В течение минуты испуганная миссис Мартин не могла справиться с дрожью, но усилием воли она овладела собой и тихо проговорила:
— О вашем прошлом мне ничего не известно.
— Ничего? — повторил он с безрадостной улыбкой, переводя с трудом дыхание. — И того, что я был… шу… шутом, балаганным фигляром… понимаете, клоуном, развлекал бедняков за двадцать пять центов. Что я «Джонни Уокер», певец и плясун… и на все руки мастер… Мистер Барстоу и выбрал-то меня только для того, чтобы как следует проучить этих медведей.
Она посмотрела на него робко и задумчиво.
— Значит, вы актер… человек, который изображает то, чего он не чувствует?
— Да.
— И все время, что вы были здесь, вы изображали учителя… играли его роль… ради… ради мистера Барстоу?
— Да.
— Все время?
— Да.
На ее лице снова появился легкий румянец, а голос стал еще тише:
— И когда вы пели мне в тот раз и когда смотрели на меня… таким взглядом… час или два назад… читая стихи… вы… только играли?
Неизвестно, что ответил мистер Твинг, но, по-ввдимому, ответ был достаточно полным и исчерпывающим, потому что уже совсем стемнело, когда новый помощник вышел из школы… не в последний раз… ведя под руку ее хозяйку.
РАССКАЗ О ТРЕХ ШКОЛЬНИКАХ
Перевел В. И. Ровинский
В это утро школьный учитель в Хемлок-Хилле был встревожен. При перекличке трех учеников не оказалось на месте. Трех из двадцати — это много, не говоря уже о том, что отсутствовали самые выдающиеся ученики, с яркой индивидуальностью. Ни один из них его заранее не предупредил и не прислал объяснений. Он не предполагал, что они сговорились вместе не явиться в школу или задержались в пути. Жили они далеко друг от друга, и притом в совершенно различных местах. Их никогда не считали закадычными друзьями или хотя бы приятелями, от которых можно было ожидать, что они организуют злонамеренный заговор, чтобы пойти «гонять лодыря».
Учитель смотрел на пустые места с беспокойством, которого другие ученики не разделяли; в первые минуты они проявили к случившемуся острый интерес — не без примеси зависти к нарушителям порядка, а потом, по-видимому, забыли о них. А ему как будто их даже не хватало: не было коротко остриженной головы и пытливых взглядов Джексона Трибса на третьей парте, рыжих волос и карих глаз Провиденса Смита в углу, а на первой парте пустовало место Джулиана Флеминга — семнадцатилетнего верзилы. Однако открыто проявлять беспокойство не следовало; и, как подобает человеку, который по меньшей мере на три года старше самого великовозрастного из школьников, Джулиана Флеминга, учитель подумал, что они «еще мальчишки» и что их товарищи, по-видимому, не сознают, какую пользу он им приносит, и решил больше не возвращаться к этому вопросу. Однако его поразило, как вела себя без них вся детвора. Хенки Роджерс, забияка, которого Джулиан Флеминг умел держать в узде, был буен и полон энергии, и весь класс относился к этому спокойно; Джонни Стеббинз, закадычный друг Трибса, открыто переговаривался с его заклятым врагом; а некоторые из девочек были как-то особенно веселы и самоуверенны. Очевидно, они испытывали чувство освобождения от гнета мужского превосходства.