Золотые ворота. Черное солнце

После успешной ночной операции, в результате которой была уничтожена штурмовая танковая группа 13-й немецкой дивизии, коммунистический батальон, по общему признанию, стал наиболее надежным соседом для всех подразделений центрального сектора обороны Киева. В каждом окопе, в каждой землянке в этот июльский день только и разговоров было что о добровольцах-комбатовцах, осуществивших героический рейд за Ирпень. С восторгом на все лады пересказывали бойцы, как смельчаки захватили без единого выстрела танк самого немецкого генерала, как проникли на нем в расположение гитлеровцев, утюжили и в упор забросали бутылками с горючей смесью вражеские боевые машины, а потом, отстреливаясь, отошли на трофейном танке к своим позициям.

Эта весть еще на рассвете долетела до Киева. А уже в полдень из штаба обороны города был получен приказ направить в столицу Украины на митинг храбрейших из бойцов, принимавших участие в необычной ночной вылазке. Майор Кострыба решил заодно отправить в Киев для массового осмотра и захваченный ночью фашистский танк.

…Вечерело, когда на бульваре Шевченко удивленные киевляне увидели необычную процессию, медленно двигающуюся к центру города. Статный молодой красноармеец, для смеха набросив на ствол пушки веревку, словно волу на рога, вел за собой трофейный танк с белым крестом на башне. На броне сидело пятеро улыбающихся героев ночной операции в выгоревших до желтизны гимнастерках. За три недели войны киевляне успели наглядеться и на пленных фашистов, и на сбитые вражеские самолеты, а вот танков на поводу им видеть еще не приходилось. Поэтому и рассматривали с таким удивлением необычную процессию, подходили к комбатовцам, спрашивали:

— Где вы взяли эту «тварюку»?

— У Гитлера выкрали.

— А куда ведете?

— В Киев напоказ…

Было как раз то время суток, когда люди возвращались с работы. Поэтому с каждым кварталом толпа, следовавшая за танком, все увеличивалась и увеличивалась, а когда приблизились к Софийскому собору, она превратилась в многотысячную манифестацию. Возле памятника Богдану Хмельницкому посланцев о передовой уже ждали представители штаба обороны Киева. И как же были удивлены студенты, когда увидели среди них своего бывшего преподавателя, а затем первого секретаря райкома партии Антона Филимоновича Остапчука. Правда, его сейчас нелегко было узнать. Жилистый, подтянутый, в ладно подогнанной военной форме, он больше напоминал кадрового военного, чем вчерашнего воспитателя студенчества. На рукаве у него золотилась комиссарская звезда, лицо было обветренно, сурово, и только большие серые глаза светились, как и прежде, добротой и теплом.