Электронная книга - «Итан и Джоэл Коэны: Интервью: Братья по крови / Сост. Пол Э. Вудс». Краткое содержание книги:
ИТАН: К тому же это было способом донести до зрителя, что жанрового фильма они на этот раз не дождутся. Он отличается от «Просто крови».
Что навело вас на эту тему?
ДЖОЭЛ: Была пара-тройка моментов, которые заинтересовали нас в связи с этим происшествием. Во-первых, это случилось в тот период и в той местности, с которыми мы были знакомы и которые могли исследовать. Во-вторых, это касалось похищения, события того рода, которое нас всегда интересовало. Если честно, у нас есть еще один, совершенно непохожий сценарий про похищение, который мы хотели бы снять. И наконец, это была возможность снять криминальное кино, где персонажи очень далеки от жанровых стереотипов.
ИТАН: Возможно, это та тема, с которой мы не стали бы связываться, если бы все так не совпало. Когда мы начинаем писать, то пытаемся очень четко представить мир, в котором разворачивается история. Разница в том, что до сих пор это были сугубо выдуманные вселенные, а в «Фарго» было нужно, чтобы вы могли почувствовать запах этого места. Поскольку мы тамошние, нам было на что опереться в понимании, как все могло сыграть в этой местности.
Функция «консультант по акцентам» в титрах — это шутка?
ИТАН: Нет, вовсе нет. Большинство актеров были местными, и им консультация не требовалась, но Фрэнсис Макдорманд, Биллу Мейси и Харву Преснеллу требовалась подготовка, чтобы их акценты гармонировали с остальными.
ДЖОЭЛ: Люди там говорят очень экономно, если не сказать односложно. Другим американцам это кажется таким же экзотическим, как и вам в Европе! Больше того, скандинавское влияние на культуру тех мест, на ритм предложений, на акцент совершенно незнакомо остальной Америке: с таким же успехом это могло произойти на Луне! У ньюйоркцев есть общее представление о Среднем Западе, но они игнорируют все эти культурные «ниши», эти микрообщества со своими особенностями и странностями.
ИТАН: Когда мы были маленькими, мы не особо замечали это скандинавское наследие, которое так сильно выделяет этот район, потому что нам не с чем было сравнивать. И только по прибытии в Нью-Йорк мы с удивлением обнаружили, что там не так много Густафсонов или Зондергаардов. Вся экзотичность и своеобразие этого района идут от нордического характера, от вежливости и сдержанности. Есть что-то японское в отказе от демонстрации каких-либо эмоций, в этом нежелании говорить «нет»! Один из неистощимых источников комического в фильме — конфликт между этим постоянным избеганием всяческой конфронтации и постепенно накапливающимися убийствами.
ДЖОЭЛ: Нам не нужно было долго исследовать эту манеру речи: все эти выражения и каденции были нам знакомы. Наши родители до сих пор живут в этом районе, так что мы регулярно туда ездим и знаем эту культуру. В конце концов, она нас и сформировала. Но поскольку мы давно там не жили, у нас такое чувство, словно мы наполовину разошлись с той средой, в которой выросли.
Эпизод с Марж и ее одноклассником — отступление от довольно плотного основного повествования.
ИТАН: Кто-то указал, что в этой сцене Фрэнсис играет очень отстраненно, как человек с Востока, в то время как ее японский друг болтлив и бестолков, как «типичный» американец. Этим отступлением мы на самом деле хотели подчеркнуть контраст.
ДЖОЭЛ: Мы хотели показать еще одну точку зрения на персонаж Фрэнсис, которая не была бы связана с полицейским расследованием. То же самое происходит в сценах с ее мужем.
ИТАН: Надо было показать, что история соотносится с реальной жизнью, а не с выдумкой, и это развязало нам руки, чтобы создать сцену, не связанную с сюжетом.
«Подручный Хадсакера» был, несомненно, вашим самым «вычурным» фильмом. Этот фильм, напротив, возможно, наименее вычурен.
ДЖОЭЛ: Мы хотели начать заново с точки зрения стиля, сделать что-то радикально отличное от наших предыдущих фильмов. И толчком послужил предыдущий фильм, самый стилизованный из всех. Но что любопытно: начав с реальных событий, мы пришли к другой форме «стилизации». Результат, возможно, не так уж отличается, как мы представляли!
Вы, почти как Кубрик в «Докторе Стрейнджлаве», начинаете с квазидокументальной подачи, а потом, постепенно, с прибыванием холодного юмора, все становится смещенным и абсурдным.
ИТАН: Отчасти виной тому сам характер истории. Там вначале есть комбинированный кадр, который позднее по ходу фильма модифицируется, когда персонажи теряют управление.
ДЖОЭЛ: Это подразумевается повествовательной конструкцией. Когда в первой сцене персонаж намекает вам, как будут происходить события, вы прекрасно знаете, что все будет происходить совсем по-другому. Связь с Кубриком уже упоминалась, но теперь я ее больше понимаю. В его подходе есть много формализма, а также поступательное движение от обыденного к гротескному.