Бумажный дворец [litres][The paper palace]

– Прости, – говорю я Питеру. – Я хотела, чтобы она была здесь, когда ты приедешь.

Мама достает из морозилки серебряный шейкер и три бокала для мартини.

– С оливкой или апельсиновой цедрой?

– С цедрой, пожалуйста, – отзывается Питер.

– А он мне нравится.

Она наливает ему выпить.

На столе сыр, паштет и маленькая вазочка с корнишонами. Мама достала особую доску для сыра из розового дерева в комплекте с дурацким изогнутым ножиком, который им с папой подарили на свадьбу миллион лет назад.

Она поднимает бокал.

– За наступающий год. Приятно наконец увидеть того, о ком столько слышала. Ты никогда не рассказывала, что он такой красавец, Элла. – Она чуть ли не строит ему глазки. – Твое здоровье, Питер.

У меня такое ощущение, будто я внезапно оказалась в черно-белом кино, где все живут в квартирах с четырехметровыми потолками и выходят к обеду в боа. В любую минуту появится горничная с подносом, на котором лежат канапе, по полу забегает маленькая белая собачка, а из-за двери высунет ножку в черном чулке Сид Чарисс.

Они чокаются. Я тоже поднимаю бокал, но они уже пьют.

– Давайте посидим в гостиной. Я разожгла камин. Элла, захвати закуски. Я взяла стилтон. Подумала, что это беспроигрышный вариант.

Питер идет за ней, оставив меня стоять с бокалом в руке.

– Ах да, и твой отец звонил. Дважды, – бросает мама через плечо. – Тебе придется ему когда-нибудь перезвонить. Как приятно, что в доме есть мужчина, Питер, – говорит она, прежде чем они исчезают в соседней комнате.

Я знаю, что мама так старательно привечает Питера ради меня. Последнее, чего мне хочется, это чтобы первым его инстинктом было: «Беги из этого замка ужасов!» Но когда я слышу, как она закатывается от смеха над какой-то его шуткой, у меня возникает горячее желание отвесить ей пощечину.

– Мне она нравится, – говорит Питер позже, затаскивая свою спортивную сумку из коридора ко мне в комнату. – Она совсем не такая, какой ты ее описала.

– Самовлюбленной стервой?

– Нет, ты сказала, что она очень печальная. И любит экономить на электричестве. Но ты не упоминала, что она такая красивая женщина.

– Стилтон? Потому что ты британец? Мы с самого Рождества живем на крекерах, арахисовом масле и суповых консервах. Поверь мне, то, что ты видел сегодня, это не нормально для нас.

– Значит, дело в моем британском обаянии?

– Нет. Просто она чертова сексистка. И еще она потребовала, чтобы я сняла перед ней трусы в сочельник. И подарила мне на Рождество уродливые перчатки и штопор. Так что, возможно, ее мучает совесть.

Питер разглядывает книжные полки в коридоре. Достает мой старый школьный учебник.

– «Северные олени и тундра Аляски». Отличное чтение на ночь. – Он открывает книгу и листает страницы. – Здорово. Ты подчеркнула все важные места. Это сэкономит мне время.

– Мама убеждена, что нельзя выбрасывать книги.

Он запихивает книгу обратно на заставленную полку.