![В горах Словакии [Повесть] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/5/9/2/7/v-gorah-slovakii-povest-download.jpg)
В горах Словакии [Повесть]
- Автор: Бабиков Юрий Николаевич
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Военное издательство
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «В горах Словакии [Повесть]». Краткое содержание книги:
Книга рассчитана на массового читателя.
Рецензент В. Н. Михановский
— Правда, одна группа немецких войск в районе Чехословакии все еще уклоняется от капитуляции. Но я надеюсь, что Красной Армии удастся привести ее в чувство.
— Приведем, товарищ Сталин, — сказал кто-то решительно.
Умолк голос Сталина, и снова установилась тишина. Александр порывисто поднялся и крикнул:
— С победой, дорогие товарищи!
— Ур-ра! — взрывом отозвались солдатские голоса, и в одно мгновение все смешалось на батарее. Радость огнем обожгла людей. Они обнимались и тискали друг друга, вкладывая всю силушку в свои крепкие руки. От этих объятий чуть ли не трещали кости, раздавались мощные хлопки по спинам, смех и лихие словечки тонули в общем гаме.
Виктор Егоров вскочил на снарядный ящик и дал длинную очередь из автомата. Она еще не отгремела, как ее захлестнули другие...
К Александру подошел старшина батареи Шевцов и, расправляя пальцами рыжие щетинистые усы, сказал, щуря узкие хитроватые глаза:
— Товарищ гвардии капитан, разрешите в честь Победы распечатать бочонок с вином?
— Какой бочонок? Ты же вчера докладывал, что на батарее нет ни грамма вина.
— Так то было вчера. Бочонок я специально припас для такого случая и, когда докладывал, в расчет его не брал.
— Ну что ж, кати его сюда.
Под веселые возгласы солдат Шевцов выкатил бочонок к орудиям. Ловким ударом выбил пробку, вставил шланг, сделал несколько больших глотков и сказал, отдуваясь и вытирая ладонью губы:
— Готовь, ребята, тару! — Он наполнил кружку вином и подал Александру. — Вам первая чарка.
Вино полилось в солдатские кружки. Шевцов приговаривал:
— На здоровье! Будь счастлив! Долгие лета!
— Скажи тост, — сказал Александру Виктор.
Александр оглядел притихших солдат. Они стояли вокруг плотным кольцом и смотрели на него. Многие, с кем он начинал путь по дорогам войны, пали в боях. Как живой сейчас стоял перед глазами крепкий, коренастый командир орудия Василий Рылов с улыбкой на продолговатом лице. На высокой карпатской горе, у часовни, осталась могила русского солдата. В батарее знали, что в сорок первом году в Белоруссии погибли два его брата, в Сталинграде — сестра, что мать умерла от горя, получив известия об их смерти, что на Висле в сорок четвертом сложил свою голову отец.
— Никого не осталось, я последний, — сказал он тогда товарищем. — Если и меня убьют, кончится род Рыловых на земле.
Вспомнил Александр разведчика Аркадия Клопова, балагура-сибиряка, который подорвался на мине под Кировоградом и остался без ног. Обнимая землю раскинутыми руками, он мотал головой и кричал:
— Ребята, пятки жжет, пятки жжет, снимите сапоги.
Умер Аркадий в тяжелых муках. Перед смертью сказал, облизывая запекшиеся губы:
— Будете жить, сделайте так, чтобы не было войны, чтобы люди не умирали.
Вспомнил Александр и других солдат батареи, которые не дожили до победы, но навсегда остались в его сердце. Ему хотелось сказать живым добрые, задушевные слова и не смог: спазмы сдавили горло. И солдаты поняли его состояние, потянулись к нему своими кружками, и он пошел по кругу, чокаясь с ними...
Рассвет подкрадывался осторожно, наполняя воздух светлыми потоками и медленно разрушая ночной мрак. Было безветренно, свежо, пахло росой и цветами. У подножия гор неравномерно лежал туман. Белые клочья жались к земле, хороводом бродили по долине, карабкались по ветвям деревьев.
Когда Александр подходил к дому, на крыльцо выбежала Люда. По ее лицу, взволнованному и счастливому, он понял, что и она знает об окончании войны, что наступил первый мирный день.
Дверь в квартиру была открыта. Они прошли через гостиную в Людину комнату. Раздвигая шторы и глядя на посветлевшее небо, Люда сказала:
— Я никогда не забуду эту ночь. — Она повернулась к Александру, бросила на него восторженно-смущенный взгляд и направилась к двери. Закрывая ее за собой, сказала: — Покойной ночи, пусть вам приснятся мирные сны.
В гостиной Люда сбросила туфли, босиком пробралась в спальню родителей, где ей была приготовлена постель на диване.
— Люда, ты? — спросила пани Дана, приподнимаясь на кровати. — Я уже начала беспокоиться. Где ты была так долго?
Люда ничего не ответила, юркнула к матери под одеяло и, спрятав у нее на груди разгоряченное лицо, зашептала: — Мама, тебе понравился Александр?
Пани Дана почему-то ждала именно этого вопроса, и ей очень хотелось сказать: «Да, да, понравился». Но разве можно было так говорить? Наверное, утром Александр уйдет с войсками дальше, и они никогда его больше не увидят. Так зачем же усиливать впечатление, которое произвел на дочь молодой русский офицер. И она ответила холодно, не так, как ей хотелось: