Любовь и бессмертие [СИ]

Он опустился лицом в мои волосы и спросил с величайшей нежностью:

– Так что же ты плачешь?

– Не знаю… плачется… с бабьей дури, наверное, – и я рассмеялась сквозь слёзы.

– Катька насмешничать будет – Макс Сергеич.

– Не будет. Отчество к имени просто так люди не прибавляют. Ну всё, милый. – Я вытерла ладошками глаза. – Ставь меня на ноги, я успокоилась. Пойду, дед уже заждался.

– Я скоро присоединюсь к вам.

Я начала спускаться по лестнице, Максим вдогонку крикнул:

– Мам, одну тебя в Париж я не отпущу! Вместе поедем! – Он вновь захохотал. Смех оборвала хлопнувшая дверь его спальни.

За столом сидели двое – Андрэ и Стефан.

– Доброе утро! – поздоровалась я. – Андрей, прости. Вначале проспала, потом с Максимом встретилась.

– Слышал хохот его, понял, что с тобой смеётся. Доброе утро, детка. – Приподняв моё лицо за подбородок, он удовлетворённо кивнул. – Вижу, спала хорошо. Свежа, как цветочек. – Он выдвинул мой стул. – Садись, детка. Красивая ты, многих женщин беременность уродует, ты только краше становишься.

Я села и оказалась лицом к лицу со Стефаном.

– Доброе утро, Стефан, – промямлила я и, видимо, начала краснеть – вид моих чулок и бюстгальтера на спинке кресла, по-прежнему стоял у меня перед глазами. – Благодарю, что вчера… помог.

– Виктор нервничает, – произнёс граф, – он на смотрины дома хотел в десять выехать.

Будто подслушав, Виктор показался из дверей кухни и закричал:

– Маленькая! А я уже испереживался! Сиди-сиди, – остановил он меня, готовую куда угодно убежать от Стефана, – потом поцелуемся! С добрым утром!

– С добрым утром, Виктор! – ответила я и плюхнулась на место.

– Хотел уже сам бежать будить тебя, да подглядеть хоть глазком, как красавицы спят! Так не позволили мне!

– Тебе дай волю, так ты и вовсе спать не дашь, – проворчала Маша, шествуя за коляской Виктора, – с шести часов будить собираешься! – Маша несла мой завтрак, в другой руке держала высокий стакан со свежеотжатым овощным соком.

Я всё-таки уговорила её не приносить сок к дверям спальни.

– Доброе утро, Маша. – Я на мгновение прижалась к её пышному, теплому боку.

– Доброе утро, детка. Жульен сегодня с крабом.

– Пахнет очень вкусно.

– Сегодня утро доброе, Маленькая, – вновь напомнил о себе Виктор, – морозное. Небушко ясное, синее, как глазки твои. Надеюсь, и поездка наша доброй будет!

– Пусть будет доброй, Виктор. Спасибо, Маша.

– Ешь, детка, пока горячий. На здоровье! – Маша заняла позицию за спинкой моего стула, приготовясь дать бой, если Стефан попытается притормозить мой аппетит.

Макс пришёл к завтраку, когда вдогонку за жульеном я доедала уже второй по счёту бутерброд с сыром и отварным мясом.

– Чем кормишь, Маша? – спросил Максим, усаживаясь на своё место.

– Я тебе, как и Маленькой, жульен сделала. Оля, где ты там? – оглянувшись к кухонной двери, поторопила она помощницу. – А хочешь омлет вот с копчёным лососем или свиные колбаски… – и Маша захлопотала, предлагая выбор из нескольких блюд и нескольких видов закусок, включая вчерашний рыбный пирог. – Для тебя, Максим Сергеич, оставила, подумала, вдруг захочешь? Чаще мне надо рыбный-то печь. Это Сергей Михалыч мясной любил, а ты в Маленькую уродился – рыбой, да грибами постишься. – И Маша поставила перед Максимом тарелку с большим куском пирога.