Акциденция

Пока не чувствую ничего, как, собственно, всегда и бывает. Но понимаю, что даже если рана невелика, то от кровотечения я точно быстро ослабну, и мне как можно быстрей следует сворачивать драку.

Впрочем, мысли это одно, а дрессированное тело — совсем другое.

Пока разум осознает, что надо поскорей перевязать рану, руки опять уже выкидывают трость, и цепляют Сивого за шею. Рывок на пределе сил и его тяжелая кряжистая туша удержаться не может. Плечи тем временем разворачиваются сами боком, пропуская мимо себя сначала нож, а там и хозяина следом.

Бандит валится, но, как хищник припадает на лапы, так и он пружинит на руках. Но я не даю ему времени оттолкнуться, с размаху бью нижним концом трости по голове… куда уж попаду, все равно приложить должно знатно.

Но мне везет — конец, утяжеленный металлической блямбой, влетает в висок с сухим хрустом и человек возле моих ног, только что сильный и ловкий, становится… сразу мертвым телом. Все…

Кидаюсь к Любе, она лежит в нескольких шагах от места драки, и сковчит как побитый щенок. Скрючившись, с поджатыми ногами, она держится за живот, и даже в бледном пятнистом свете я понимаю, что руки ее в крови. Все-таки достал ее Сивый…

— Ты как, совсем плохо? Подняться сможешь?

— Смогу, если надо, — перестав стонать, хоть и слабо, но твердо отвечает она.

Я, подхватил ее под локти и стал поднимать. Она, одной рукой зацепив меня за шею, старается тоже себя держать. Кряхтя на пару, мы все же сделали это. Тяжело привалившись ко мне, женщина подняла голову, и я увидел, что ее губы кривит оказывается улыбка, а не стон:

— Ох, и дурак же ты Коля, — почему-то сказала она вместо «спасибо», а потом охнула и опять уцепилась двумя руками за свой живот.

Что там у нее было, я не видел. Да и толку-то мне смотреть — я ж не врач, а потому, обхватив ее за пояс, прижал к себе и поволок. Хорошо, она хоть ногами перебирала.

— Ты зачем показался? — хрипло спросила она, притом, удивление, звучащее в ее голосе, показалось мне не совсем наигранным.

— А как, по-твоему, я должен был поступить?

— Не знаю, но теперь они достанут тебя… чуть раньше, чуть позже… как Володю… не брата…

— Я понял.

И именно в этот момент я сообразил, что тоже ведь ранен. Нет, плечо саднило, но как-то терпимо, но вот теперь она начала еще и неметь.

— Подожди, я перетяну себе руку, — вытянул до конца и так уж выехавший из штанов низ рубахи, и попытался его левой рукой рвануть.

Понятно, что у меня ничего не вышло.

— Подожди, — сказала Люба и, наклонившись слегка, подцепила подол своего платья, — у меня ткань потоньше, — а потом вцепилась в край зубами и дернула рукой сама.