Убивают не камни

Она сделала звонок по телефону. Стремительно миновала двор и выскочила к дороге. Поток машин шумной рекой лился вдоль нее. Остановила такси. Затем долго кружила по городу, заворачивая в разные места. Сменила два такси, и только после этого остановилась у кафе «Ласточка».

Оно ничем не выделялось на фоне череды разных бутиков вдоль улицы. Ни дверями, ни окнами, ни стенами, ни ступенями.

Разве что одним: сбоку от названия изображена летящая ласточка. Убери ее, и внешне не отличишь от соседних бутиков.

Утренние посетители лишь начинали появляться. Шехова вошла внутрь, окинула взглядом однотонные сизые стены, пустые деревянные цвета вишни столики, стулья с мягкими сиденьями и жесткими спинками. Плитка на полу крупных размеров и разных цветов выложена бессистемно, создавала впечатление хаоса.

Из-за стойки бара к ней выступил маленький юркий с гребешком волос на голове бармен и негромко пригласил:

— Пройди, — повел ее через зал в служебное помещение.

Двигаясь за ним, Шехова видела перед собой стриженый затылок. Бармен подвел к двери, где стоял охранник, скрепивший руки ниже живота и часто моргавший.

— Гостья, — сказал бармен.

Понимающе моргнув, тот отступил на шаг в сторону и показал головой на дверь, что означало, можно входить.

Бармен постучал в дверь и, приоткрыв, произнес в щель:

— Она пришла.

— Пусть войдет! — раздалось изнутри.

Посторонившись, парень вежливо пропустил вдову в дверь, а сам безмолвно развернулся и направился к стойке бара.

Она скользнула внутрь и тщательно прикрыла дверь, а снаружи еще плотнее ее притянул охранник. Увидала небольшой кабинет с письменным столом и стульями, и человека, стоявшего у окна к ней спиной. Шагнула к нему, он развернулся и тоже сделал шаг навстречу.

Это был Крыса. На ее фоне он был безобразен. Между тем, сойдясь с нею посередине комнаты, он взял в руки ее голову, всмотрелся в лицо, повернул его влево-вправо:

— Как будто все нормально. А ты звонила мне из больницы, что Вольдемар оставил тебе метки на морде.

— Я боялась, что будут шрамы. Но ничего, залечили.

Он погладил ее по голове, залез пальцами глубоко в волосы, принюхался к их запаху:

— Жизнь непредсказуема.

— Только у таких, как ты, Крыса! — с упреком кольнула она. — Я тебя давно просила, чтобы ты убрал Вольдемара!

— Его уже нет! — сказал Крыса.

Шехова на шаг отступила, на лице было недоверие:

— Только не обманывай меня!

— Я убрал его после покушения на тебя, — уточнил Крыса.

С удовлетворением и даже с удовольствием она набрала полную грудь воздуха и шумно выдохнула, но следом с сожалением заметила:

— Надо было сделать это раньше.

Неподвижным взглядом Крыса притянул ее глаза и негромко, но резко ударил по извилинам мозга:

— Никогда не упрекай меня! Я знаю, что, где и когда нужно делать! — помолчал и спросил. — Что тебе удалось выяснить?

Она отошла от него к окну, выглянула на улицу, в глаза ей ударили лучи солнца, она прищурилась, не торопясь начинать, повернулась к Крысе и коротко изложила: