Русские цари

Частые войны не только отвлекали Александра от внутренних реформ, но и мешали освобождению крестьян еще тем, что дворяне всегда принимали самое деятельное участие в этих войнах. Вследствие крестьянских волнений император повелел, чтобы приговоры, которыми присуждалось к наказанию более 9 крестьян, шедшие через Сенат, докладывались бы лично ему, и часто смягчал наказания, проявляя почти всегда большую, по сравнению с Сенатом, строгость к помещикам, приказывая иногда брать их имения в опеку.

В общем, Александр I не так настойчиво занимался внутренними реформами. Ему, как он считал, повелителю не только России, но и всей Европы, не страшны заговоры, не страшно и недовольство страны. Но такое настроение продолжалось недолго. Думали, что по удалении Бонапарта настанет время покоя и мира. Мира, однако, не было в Европе, не было и внутри России.

Одну из позитивных сторон деятельности Александра составляла забота о просвещении России. Ученик Лагарпа справедливо придавал огромное значение делу просвещения и склонен был считать министра народного просвещения едва ли не важнейшим из министров. Он намеревался покрыть Россию целой сетью учебных заведений, которые последовательно вели бы учащегося «от азбуки к университету». Сеть эту должны были составить приходские училища, уездные, губернские гимназии и университеты. Низший разряд училищ казна не обеспечивала, на высшие разряды в начале царствования тратилось около 1,2 миллиона рублей, т. е. из 90 миллионов общего расхода около 1,3 %, в конце царствования — около 8,6 миллиона рублей при 413 миллионах рублей, т. е. около 2 % всего расходного бюджета. До 1801 г. в России было два университета — в Москве и Дерпте. При Александре I были открыты университеты в Харькове, в Казани и в Петербурге. Был преобразован или вновь открыт целый ряд специальных заведений — лицеев. Правда, в университетах сначала не хватало профессоров, и было совсем мало студентов, но это с течением времени сглаживалось.

Сначала все учебные заведения отличались своим светским характером и всесословностью. Но когда государя охватило мистическое настроение, это сказалось и на участи учебного дела. Он решил тесным образом соединить веру и знание, «дабы христианское благочестие всегда было основанием истинного просвещения». Видимым знаком нового направления было образование соединенного министерства духовных дел и народного просвещения. Министром был назначен князь А. Н. Голицын, еще более государя подпавший под влияние мистических учений. Но это обоснование знания верою, порученное к тому же чиновникам, которыми почти всегда руководили соображения вовсе не идейного порядка, гибельно отразилось на судьбе науки.

Роль, сыгранная в борьбе с Наполеоном, поставила Россию и ее государя чрезвычайно высоко. Но вместо того чтобы пользоваться одним моральным почетом, он старался удержать за собою направление общеевропейской политики. Свою политику последних лет Александр построил на грубом силлогизме — всякая революция есть война и завоевание, следовательно, надо бороться с революцией, где бы она ни начиналась. В образованном обществе многие были недовольны царем, который «из России делал страшилище народов». Еще в Аахене, в 1818 г., на первом конгрессе Священного союза Александр играл роль величественного государя, решал вопросы сообразно своим намерениям. Но уже вскоре Союз превратился в орудие борьбы монархов с революциями. Александр уже принимает меры против испанцев, был готов двинуть русские войска против пьемонтцев. Только в греческом вопросе общественное мнение оказало на него некоторое влияние, не позволив ввязаться в очередной международный конфликт.