Русские цари
- Автор: Захаревич Алексей Владимирович, Шалак Максим Евгеньевич
- Год: 2009
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-222-14407-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Русские цари». Краткое содержание книги:
Книга рассчитана на широкий круг читателей и всех тех, кто интересуется отечественной историей.
Между тем армия отступала, отступила и с Бородинского поля, оставила Москву, немедленно занятую неприятелем. Паника распространялась. Страх проник, наконец, и во дворец. Императрица Мария Федоровна, Константин Павлович, Румянцев и Аракчеев говорили о необходимости мира. Петербург спешно приготовлялся к вывозу всего ценного. Двигаясь в глубь России, занимая старинную ее столицу, Наполеон рассчитывал прежде всего на моральный эффект, но вызвал только жажду мести. После Тарутинского боя 6 октября 1812 г. обстоятельства круто изменились. 14 октября Наполеон начал отступление. Лишь жалкие остатки когда-то непобедимой наполеоновской армии достигли русской границы. Теперь встал вопрос, продолжать ли войну или заключить почетный мир с Францией?
Большинство в окружении императора придерживалось мнения, что заключить мир с Наполеоном значило бы отказаться от всех понесенных жертв. Александр был душою составившейся в 1813 г. коалиции против Наполеона. В итоге 19 марта 1814 г. русский император и прусский король вступили в Париж.
Победа над Наполеоном не завершила дела. Для осуществления своих планов Александру пришлось вести долгую дипломатическую кампанию со своими союзниками, пришлось делить добычу. Во время своего пребывания во Франции в 1814 г. Александр I проводит свои прежние идеи: по отношению к Европе, особенно к Франции, он желает только обеспечить мир, внутреннего её устройства он не хотел касаться. Вознаграждением для России император считал восстановление Польши и присоединение ее к России.
С самим Александром в это время происходит перемена. Император стал искать поддержку и утешение в религии. С лета 1812 г. совпадение обстоятельств он стал объяснять вмешательством Божественной воли. Разочаровавшись в своем окружении, обманувшись столько раз в своих расчетах и надеждах, Александр видел в поражении Наполеона непосредственную руку Божественного провидения. С лета 1812 г. он стал ежедневно читать Библию, иногда вместе с императрицей. Медаль, выбитая в память двенадцатого года, имела надпись: «не нам, не нам, а имени Твоему». Обет, данный Александром выстроить в Москве храм Христа Спасителя, широкое гостеприимство, оказанное государем английскому библейскому обществу, несколько раньше сношения с масонами — вот первые показатели нового настроения императора. В Париже государь пожелал непременно говеть. В первый день Пасхи, 29 марта 1814 г., в Париже, на том месте, где был казнен «добрый и кроткий Людовик XVI», устроен был амвон и совершено торжественное богослужение в присутствии царя и всех русских войск.
Сначала религиозное настроение еще уживалось с либеральными идеями, но Александру уже стало казаться, что он — орудие Божественного промысла. Робкий, неуверенный в себе, Александр I показал себя как неглубокий и несамостоятельный политик. С 1814 г. начинается постепенное падение авторитета Александра. На Венском конгрессе в 1815 г. Александр I усиленно проводил свою программу, но в действиях его в Вене с прежними политическими идеями уже переплетаются начала религиозные. На свои отношения с государями российский император смотрел с всепрощающей христианской точки зрения. Он мог настоять на присоединении к России всего Варшавского герцогства, а между тем он согласился на компромисс, довольствуясь присоединением части Польши, уступая Австрии Тарнопольскую область.
Кратковременное торжество Наполеона во время ста дней было очень мучительно для Александра. До тех пор он верил, что французский народ добровольно призвал Бурбонов, отныне же эти иллюзии были разрушены, и ему пришлось поддерживать Бурбонов грубой силой. Во время вторичного пребывания в Париже русские войска неоднократно испытывали на себе гнев государя. В таком настроении Александр пожелал, чтобы народы увидели, как государи принимают верховную власть от Бога. Проект акта, известного под названием Священного союза, составлен был самим Александром. Государи, подписывавшие этот акт, обязывались и во взаимных отношениях, и в управлении подданными руководствоваться библейскими заповедями. Эти заповеди должны были непосредственно и во всем управлять европейскими монархами и их действиями.
Аракчеевщина
Дальнейшая политика Александра I, внешняя и внутренняя, была попыткой внедрения в жизнь начал, провозглашенных актом Священного союза. В 1815 г. Александр вернулся в Россию. После Петра Великого он был первый русский царь, ездивший за границу. Император возвратился усталый, три года, проведенные в непрерывном напряжении, в решении мировых вопросов, его совершенно изменили, его интересы остались за границей. Он принял на себя поддержку установленного Венским конгрессом порядка, борьбу против революции, считал возможным всегда, когда сочтет нужным, снова двинуть русскую армию за границу, и не сомневался в том, что всегда будет располагать необходимыми для того средствами. Всем этим уже предрешался вопрос, может ли Россия получить конституцию.
Заботы об армии и ее всегдашней готовности стали особенно привлекать внимание государя. Россия в 1815 г. находилась в печальном положении. Даже недавно реформированные высшие центральные органы управления не оправдали надежд императора. Он остался недоволен комитетом министров, ибо раскрылись большие злоупотребления. Управляющий делами комитета Молчанов и военный министр, князь А. И. Горчаков были отданы под суд. Управление шло чрезвычайно плохо. Отсутствие государя, неизвестность, в которой находились многие министры, полномочия, данные местным властям, и непосильные задачи, возложенные на них по сбору налогов на военные дела, — все это привело к полному разгрому местного управления. Неисполнение сенатских указов, накопление недоимок, произвольные аресты граждан, жестокие наказания в местах заключений, взятки, продажа казенных имуществ, ябедничество, отдача откупов без торгов, корчемство, контрабанда, даже подделка ассигнаций — таковы были пороки тогдашней русской жизни. Еще более печальные дела открылись при многочисленных крестьянских волнениях. Крестьянские жалобы того времени дают яркую картину полного произвола и жестокости.
Александр хотел искоренить все эти пороки, но, не собираясь лично заниматься текущими делами, он предоставил их комитету министров, отдав его под надзор графу Аракчееву. Предложения комитета докладывались государю графом Аракчеевым, значение которого теперь чрезвычайно возросло. У императора не было времени читать доклады комитета, для него составлялись особые краткие мемории, на которых Аракчеев часто излагал свои заключения и примечания к пожеланиям комитета. Решения государя почти всегда совпадали с мнениями Аракчеева. На нового временщика Александр переложил все текущие дела, оставив за собой только главное руководство.
Александр все еще продолжает верить, что либеральные учреждения, «коих священные начала смешивают с разрушительными учениями, не суть мечта». Он все еще продолжает обдумывать конституционные планы. Россию предполагалось разделить на наместничества, в каждом наместничестве должен быть свой сейм, собирающийся раз в 3 года. Общий государственный сейм, или Государственная дума, должен собираться раз в 5 лет. Как местные сеймы, так и Государственная дума должны были быть двухпалатными: верхнюю палату в общем сейме образует Сенат, а нижнюю — посольская земская изба. Сенаторы должны назначаться, в посольскую палату дворяне и горожане должны избирать определенное число депутатов, две трети которых утверждаются государем в звании послов. Император оставался единственным источником всякой власти, но сейм должен содействовать законодательной власти государя. Проект различал закон от устава и указа. Издание последних остается прерогативой монарха, равно как и объявление войны, заключение мира, договоров, распоряжение армией.
Решено было сначала даровать конституцию Польше. Речь, произнесенная Александром в 1818 г., при открытии польского сейма, произвела сильнейшее впечатление, но Россия ее не услышала. Дав конституцию царству Польскому, Александр так и не решился на подобный шаг в своем отечестве.