Империй призрачных орлы. Как русская епархия в Америке послужила фактором в развязывании Первой мировой войны

«Военные священники просят у меня указаний, как им поступать, когда оставшиеся без своих священников галицийские униаты обращаются к ним с просьбами о совершении треб и богослужения. Если отказывать униатам в их просьбах, то они пойдут к римско-католическим ксендзам, после чего навсегда будут потеряны для православия; если же требовать от них торжественного присоединения… к православной церкви, то, в случае обратного занятия австрийцами галицийской территории, воссоединенные будут обвинены в государственной измене и подвергнуты казни. Так как основные пункты, отличающие унию от православия – догматы о filioque и о главенстве папы – для простого униатского народа – пустой звук, и так как простецы-униаты считают себя заодно с православными, то не следует ли самый факт обращения их к православному священнику считать за воссоединение и без шуму и всяких предварительных торжественных формальностей не отказывать им… ни в совершении богослужения, ни в исполнении треб. Прошу дать мне соответствующие указания». На этот рапорт Св. Синод ничего не ответил, а когда через несколько месяцев Шавельский, будучи присутствующим членом в Св. Синоде, просматривал галицейское досье, то нашел и свой рапорт с припиской, что обер-прокурор (Саблер) «приказал настоящего рапорта Св. Синоду не докладывать».[398]

Шавельский, не желая отступать в столь важном деле, грозящем катастрофой, обратился прямо к царю, нарисовав реальную картину и изложив собственное мнение. Царя эти аргументы, по-видимому, совершенно убедили, поскольку он в разговоре на эту тему с главнокомандующим признался, что «Отец Георгий совершенно перевернул» его «взгляд на униатский вопрос в Галиции». Однако и этого разговора оказалось недостаточно, чтобы изменить эту политику. Как отмечает Шавельский, «6-го мая архипископу Евлогию, в награду за воссоединительные труды, высочайше был пожалован бриллиантовый крест на клобук – высшая награда для архепископа, тем более для молодого: ему тогда не было и 50 лет. Униатское галицийское дело, конечно, было оставлено в прежнем положении. А 9 мая началось наступление немцев, закончившееся очищением от наших войск почти всей Галиции».[399]