Искра войны [СИ litres]

– Сегодня я узнал, что мой брат приказал распустить половину моих всполохов, а еще избавиться от всех ловчих птиц. И трех сокольников…

– Ах, вот оно что… – улыбнулся жестко Абесибо, который понял причину прихода. – Да, его величество решил потуже затянуть пояса нам всем.

– Но зачем ему мои соколы?

– А вы знаете, Фитиль, сколько стоит содержание что ловчих птиц, что песчаных змеек с юронзийских пустынь?

– Нет, – щеки Фитиля вспыхнули. – Но неужели у моего брата мало золота? Ах, зачем ему понадобилось лишать меня единственного удовольствия в моей пустой жизни! И меня не пустили к Морнелию, будто бы я чужак, коим я себя и чувствую! Хожу гримом по дворцу. И только мои друзья желают видеть меня.

– Я понимаю вашу трагедию. Но что же вы хотите от меня? Узнать, почему ваш брат избрал путь войны с югом, а не с севером?

– Да! Я ничего не понимаю, достопочтенный. Я помню те сказки, что вы рассказывали мне в детстве о богатствах севера. О пещерах, полных магии, о спрятанных артефактах.

– То не сказки, мой юный друг, – жестко отозвался Абесибо. – Но, боюсь, я разочарую вас, касаемо ответа насчет войны.

– Почему? – воскликнул Фитиль, решив, что и архимаг не желает тратить на него свое время.

– Я сам не знаю…

И Абесибо показательно развел руками, наблюдая острым взором за тем, как брат короля пришел в недоумение.

– Как не знаете?

– А вот так, – голос Абесибо стал тише, и маг шепнул заклинание, проверив, не подслушивают ли их, и только потом продолжил. – Его величество болен. Когда ваш брат, Джамо, отравил его Песнью Девы, яд лишил его не только зрения, но и… некоторой степени осознания действительности.

– Ума? – переспросил наивно Фитиль.

– Пусть будет ума, да. Даже вы понимаете, ваша милость, что нам для величия нужен север. Север – это океан магии, сокрытый под горами в месте шва; это спрятанные в снегах конструкты демонов, обладающие огромным источником магии – мы находили несколько конструктов здесь, на юге, но из-за злого рока они пропадали; это богатые, но слабые королевства, которые обеспечат нас рабами, золотом и прочими ресурсами.

Фитиль потупил взор.

– Да-да. Но, может быть, вы мало говорили об этом с моим братом? Может, он не знает?

– Ваша милость, – ухмыльнулся Абесибо. – Глухому что слово, что длинная речь – все одно. Я же сказал вам, что сейчас, увы, Элейгия возлежит на наших плечах, которые могут не выдержать ее тяжести.

– Ах, вы правы, эти налоги, эти страшные пересуды… Мой брат, он поступает весьма странно, а весь этот союз – он абсурден. Я, честно сказать, не понимаю этой перемены в нем…

– Физические уродства, как зеркало, со временем отражаются и на уме.

Фитиль приуныл и переключился на чертенка, стал ласкать кисточки на его ушах, приглаживать пушистую шерстку. Пока брат короля мялся и не знал, что ответить, переживая внутри душевное горе от расставания со своими соколами и того, что не мог помочь своим милым друзьям, Абесибо разглядывал его.