Трусливый ястреб [litres]

На высоте тысячи футов, а иногда и на пятистах мы обычно провоцировали огонь. На этот раз враг не отвечал нам. Двигаясь по глиссаде к зоне высадки, мы заметили дым, который неспешно поднимался после очередной огневой подготовки, проведенной артиллерией и боевыми вертолетами. Должен же настать день, когда огневая подготовка сработает и уничтожит всех врагов в зоне высадки. Я надеялся, что это будет сегодня.

Борясь с чувством страха, я проверил направление дыма, чтобы обнаружить ветер. Штиль. Мы летели с востока колонной из трех машин, собираясь приземляться в узкой зоне высадки. Но внизу было слишком тихо!

Находясь в сотне футов над деревьями возле ближнего края зоны высадки, бортовые пулеметчики Желтого-1 открыли огонь. Они стреляли по деревьям на краю зоны, били по кустам, по местам, где мог прятаться враг. Ответного огня не было. Два боевых вертолета, идущие по обеим сторонам нашего отряда, тоже пустили в ход пулеметы. Пока они трещали, шел дым. У меня в ушах зазвенело от громких, но сдавленных хлопков, когда мои бортовые пулеметчики присоединились к остальным. Я жалел, что у меня не было отдельного спускового крючка. Глядя на количество пуль, врезающихся в зону высадки, было сложно поверить, что на земле мог хоть кто-то уцелеть.

Когда мы выровнялись, боевые вертолеты прекратили стрельбу, чтобы пули не срикошетили в нас. Никакого ответного огня. Может, они все убиты? Или мы ошиблись зоной?

У меня зашкаливал адреналин, поэтому я чутко улавливал каждое движение своего вертолета. Полозья уже приближались к земле, и я ждал, когда машина накренится в сторону под весом толпы высаживающихся пехотинцев. Они ревели и орали в грузовом отсеке, взвинчивая себя перед битвой. Я слышал их крики сквозь шум двигателя. Я до сих пор их слышу.

Моя посадка была синхронизирована с головным кораблем, и наши полозья коснулись земли одновременно с сапогами ревущих пехотинцев.

В тот момент солдаты Северного Вьетнама и решили захлопнуть ловушку, открыв стрельбу по нашим машинам как минимум из трех разных точек и ударив по высаживающимся ворчунам перекрестным пулеметным огнем. Зона высадки внезапно ожила, пули врага засвистели. Я схватился за управление и непроизвольно наклонился вперед в готовности к взлету. Мне пришлось подавить в себе естественное желание убраться оттуда немедленно. Давление с полозьев было убрано, ворчуны высадились. Полетели! Фэррис орал в микрофон, приказывая Желтому-1 взлетать. Они не двигались с места.

Ворчуны даже не успели добежать до деревьев. Всего мгновение назад они выпрыгивали наружу и воинственно рычали, но теперь лежали вокруг нас, убитые и раненые. Лопасти головной машины до сих пор вращались, но экипаж не отвечал. Я увидел, как перед носом вертолета начал разлетаться песок от разрывающих землю пуль. Я весь сжался, пытаясь мысленно остановить их. Наши бортовые пулеметчики палили поверх упавших ворчунов по привидениям в джунглях.