Тайный дневник Михаила Булгакова
- Автор: АНОНИМYС
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: «СОЮЗ АНОНИМYС»
- ISBN: 978-5-6046711-8-4
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Тайный дневник Михаила Булгакова». Краткое содержание книги:
Тем временем Орест Волин получает новости о том, что зашифрованные дневники надворного советника Загорского, которые он обнаружил в ходе предыдущего дела, на самом деле – ранее не публиковавшийся дневник Михаила Булгакова, описывающий события 1918–1921 годов… И как это связано с убийством в Музее Булгакова?
Читайте продолжение проекта АНОНИМYС и стройте собственные догадки, кто скрывается за псевдонимом.
Мимо проплыл солидный лысый господин в пенсне и с небольшими усишками, чрезвычайно похожий то ли на карточного шулера, то ли на высокопоставленного чекиста.
– А вот это, обратите внимание, необыкновенно интересный гражданин, или, правильнее уже сказать, товарищ, – зашептал Аметистов. – Это вам, простите, не баран чихнул, это Игорь Эммануилович Грабарь собственной персоной. Обмерил всю Третьяковскую галерею, что, безусловно, пошло ей только на пользу. Великий человек, по слухам, лично занимался изъятием картин у нетрудовых элементов – впрочем, точно не знаю, свечку не держал.
После неожиданно восторженной встречи публика совершенно охладела ко мне и проскальзывала взглядом мимо, как будто я уже и не был блистательным молодым писателем, как меня рекомендовал Аметистов. Благородное собрание развлекалось, как могло. Устав разглядывать циркачей, кто-то беседовал, кто-то выпивал, снимая бокалы с подносов шустрых молодых официантов, кто-то налегал на изящно сервированные салаты и даже, кажется, паюсную икру, которую в голодной Москве было видеть так же дико, как, например, ручного крокодила где-нибудь в Пассаже.
– Да, – заметил Аметистов, проследив мой изумленный взгляд, – новая экономическая политика. Это только начало, а уже возможно все – при наличии денег, конечно, а у нас деньги есть. При том не какие-то там керенки или совзнаки, а твердый советский червонец, не говоря уже о золотых десятках.
Я не стал уточнять, откуда у Зои взялись червонцы, не говоря о золотых десятках, мне было не до того. Внезапно я заметил человека, которого менее всех ожидал здесь увидеть. Тонкие черты лица, короткие русые волосы, сосредоточенный и вместе с тем отсутствующий взгляд – его узнал бы любой, кто хоть как-то интересовался в России шахматами. У стены, ни на кого не глядя, стоял русский гроссмейстер Алехин.
– Да-да, – шепнул мне Аметистов, – это именно он, Сан Саныч, будущий чемпион мира по шахматам.
– Вот как, – сказал я, не в силах отвести от Алехина глаз, – но говорят, что Капабланка – это шахматная машина, его невозможно обыграть.
– На всякую машину есть свой разводной ключ, – резонно отвечал Аметистов. – Алехин будет чемпионом, уж вы поверьте старому шахматному маэстро.
– Но позвольте, – спохватился я, – как же он оказался здесь? Прошел слух, что он уехал в Латвию.
– Слухи, все только слухи, – замахал руками Аметистов. – С какой стати ему ехать в Латвию, ведь он патриот России! А если даже немножко и уехал, где она, эта Латвия? Одна ночь в поезде – и ты уже в Москве. Кстати, не хотите ли сыграть с гроссмейстером партию-другую?
Я заколебался: соблазн был велик, но удобно ли отрывать гения по таким пустякам? Он, кажется, о чем-то думает.
– Да о чем он там думает, – фыркнул Аметистов, – ни о чем он не думает, просто анализирует свою последнюю партию с Боголюбовым. Я серьезно говорю: такая возможность – не в сеансе, а один на один с Алехиным. Это же сенсация! Будущий великий русский писатель играет партию в шахматы с будущим чемпионом мира. Да шахматные журналы драться будут за право опубликовать эту партию.
Эти слова, как ни странно, и решили дело. Поняв, что ведь партия действительно может остаться в анналах – не из-за меня, разумеется, а из-за Алехина, я решительнейшим образом отказался. Люди несведущие считали меня хорошим шахматистом, но я вряд ли играл в силу даже второй категории. Если останется запись хотя бы одной моей партии, тем более – с Алехиным, который разнесет меня в клочья, боюсь, миф обо мне как о сильном шахматисте развеется, не успев сформироваться.
– Ну, в таком случае, и черт с ним, – неожиданно весело заметил Аметистов, – обойдемся и без Алехина.
Внезапно в глазах у меня потемнело. Среди праздношатающихся поэтов, художников и актеров я вдруг заметил фигуру в элегантном сером костюме. Длинное некрасивое лицо, слегка надменное и одновременно беззащитное, чуть припухшие глаза, опущенные уголки рта. Замеченный мной человек был мертвенно-голубым, как будто сквозь него проступала луна. Перехватив мой взгляд, он устремился в толпу и пропал в ней.
– Этого просто не может быть! – воскликнул я.
– Чего не может быть? – озадачился Аметистов.
– Мне показалось, что у вас здесь… поэт Гумилёв.
Аметистов пожал плечами: да почему же не может, у них тут многие ходят, есть и почище Гумилёва. Если я увидел Гумилёва, значит, он тут тоже есть.
– Но ведь его убили, – воскликнул я. – Расстреляли большевики!