Смещение

— Да, — не очень уверенно сказала Ализа. — То есть, конечно, случайное распределение сохраняется.

— Так! А если я знаю общий вид функции? Если мои поступки уже не соответствуют случайному выбору, а они действительно ему не соответствуют? Если я знаю о квантовой статистике многомирия?

— Тогда распределение перестает быть случайным и равновесным.

— Именно! И я могу…

— Изменять собственные состояния в разных ветвях, меняя форму функции распределения!

Тот, Кто Пришел С Ним, вышел на середину комнаты и показал большой палец.

— Более того.

Кто это сказал? Алан молчал, глядя на доску. Ализа молчала, глядя на Алана, будто лишь сейчас увидела его впервые и поняла, насколько он красив.

— Более того, — повторил Тот, Кто Пришел С Ним, и Алан продолжил фразу:

— Более того, я могу рассчитать собственные действия — реальные поступки в реальном мире — таким образом, чтобы функция распределения изменилась. Моя функция. Но внутри каждой ветви мое состояние зависит от состояния других квантовых систем, ведь существует суперпозиция и запутанность, верно? Согласны?

Скажите «да»!

Скажите «да», Ализа, и тогда изменится ваша функция распределения, ваши «я» станут чуть другими во всех бесконечных мирах. Скажите «да», и от этого слова изменится Вселенная.

— Да… — неуверенно произнесла Ализа, взяла из руки Алана фломастер, дописала к формуле на доске несколько знаков под интегралом, поменяла пределы интегрирования — от нуля до бесконечности, передала фломастер Алану, смотревшему на доску зачарованным взглядом, и сказала, обращаясь к Тому, Кто Пришел С Ним:

— Вам этого недоставало для правильной картины, верно?

Тот, Кто Пришел С Ним, кивнул.

Алан сказал:

— Да.

Ализа отошла на шаг, пробежала взглядом написанные на доске формулы квантовых распределений. Формулы были просты и изящны, как простое и изящное уравнение Шрёдингера. Простое в самом общем виде и безумно сложное, когда начинаешь подставлять параметры конкретных квантовых объектов и рассчитывать конкретные результаты физических экспериментов.

— Как просто, — сказала Ализа, — если задать правильную аксиому. Но, Алан, вы же понимаете: с помощью этого уравнения можно играть мирами, как мячиками. Теоретически. Реально — нет. Это очень красиво, но…

— Это не просто красиво, это работает, Ализа.

Алан смотрел в окно. Наступил вечер, в парке зажглись фонари, прочертив пунктиры аллей, а в небе все еще не совсем погас закат, прихлопнувший землю багровой крышкой.

— Вы понимаете, Ализа… — Алан говорил, прижавшись лбом к теплому стеклу, голос звучал глухо, растекаясь на отдельные звуки, собиравшиеся заново в воздухе комнаты, и оттого слова казались непонятными на слух, но ясно различимыми в сознании, будто переплывали из мозга в мозг, минуя пространство и трамбуя время.

— Вы понимаете, Ализа, эти уравнения не нужно решать. Их достаточно знать. Это вообще не уравнения, вы же видите. Это формулы квантовых распределений. Формулы бытия квантового объекта во всех мирах. Это формулы моих жизней — везде, где я жив. Это формулы ваших жизней, Ализа. Жизней каждого человека. Каждого камня. Каждой галактики. Каждого…