Смещение

Алан обернулся. Ализа слушала внимательно, хотя и хмуро, а Тот, Кто Пришел С Ним, тенью стоял у доски, наполовину исписанной математическими знаками, оставшимися от прошлой дискуссии. Алан убедился, что реальность такова, какой он ее представлял, и продолжил:

— Следующим очевидным для меня шагом было распространение волновой функции с Вселенной на ансамбль вселенных — возможно, неограниченный. Какова была главная мысль моей диссертации? Вселенная — единый квантовый объект, описываемый единственной волновой функцией. Чрезвычайно сложной, конечно, настолько сложной, что рассчитать ее не сможет никто и никогда, но вопрос ведь не в технике вычислений, а в физическом принципе. Вселенная — квантовый объект с собственной волновой функцией. И потому Вселенная существует в суперпозиции всех своих возможных состояний. Все состояния Вселенной физически реальны, ни одно не менее вероятно, чем другое. Все состояния независимы друг от друга физически, поскольку уравнение Шрёдингера линейно и не допускает взаимодействующих решений.

— Да-да, — нетерпеливо сказала Ализа. Зачем Алан излагает то, что она знает, и он знает, что она знает, и любой физик-теоретик знает прекрасно? Это азы современной эвереттики.

— Простите, Алан, я вас перебила. Продолжайте.

Алан потер пальцами переносицу. Ализа сбила его с мысли, но он действительно не должен был останавливаться на азах, и Тот, Кто Пришел С Ним, кивнул, соглашаясь.

— Статистическая физика — классическая ли, квантовая ли, неважно — исследует свойства системы частиц.

Он опять замолчал — на этот раз потому, что Тот, Кто Пришел С Ним, поморщился и раздраженно дернул плечами. Да, он опять сказал банальность, известную не только любому физику, но и каждому, кто хоть раз сдавал в колледже выпускные экзамены. Но Алан должен был сказать и банальность, чтобы самому пройти по еще не проложенной дорожке. Пусть послушают — не помешает. И не надо морщиться. Вам не кислое яблоко подсовывают, а новую физику.

— Представьте, — обратился Алан к Ализе, игнорируя Того, Кто Пришел С Ним, — котел, емкость, пробирку, что угодно, заполненные газом. Описать состояние и движение каждой молекулы невозможно — их слишком много. Но описать состояние газа как целого — реально, и этим занимается статистическая физика. Газ имеет температуру, газ обладает давлением, всегда можно рассчитать, какой процент молекул движется быстро, какой — медленно, где расположен максимум распределения… Простите, Ализа, вы сейчас поймете, почему я повторяю азы. Это статистическая физика, какую изучают в нашей реальности. Такую физику я описывал в диссертации — физику единственной квантовой Вселенной. Теперь слушайте. Нужно идти дальше, и я пошел дальше.